— Майор, говоришь… — сказал я глубокомысленно.

— Убивать не говорил. Сказал подпоить хорошенько. Забрать деньги. Оставить на вторые сутки, так, чтобы рассчитаться было нечем, потом вызвать военных с базы и сказать, что вы напились и отказываетесь счета оплачивать.

Вова и Саня переглянулись.

Я поднялся с пола, подошёл к столику, на котором стоял графин. Снял стеклянную пробку и понюхал. Крепкий алкоголь. Кажется, не слишком качественный.

Я взял графин и подошёл к Драгану. Опустился перед ним на четвереньки и поднёс горлышко графина ко рту.

— Пей, пока не скажу, что хватит, — сказал я.

— Не могу! Я в завязке, нельзя мне никак! — с хнычущими нотками в голосе сказал Драган.

— Я так вообще не пью, — ответил я, после чего взял его за подбородок и влил первую порцию пойла. После этого дал ему проглотить и продышаться.

Я повторял эту процедуру несколько раз, пока Драган не перестал жаловаться. Потом подождал некоторое время, пока он вырубится.

— Так, парни, теперь с вами решать будем, — сказал я, обращаясь к боевикам.

Вова перевёл.

Стефан снова напрягся и начал умолять меня не убивать его сына.

— Успокойся. Горе-вояки, блин… короче, в каком состоянии ваш фургон? — спросил я.

— На ходу, — кивнул Стефан. — Забирай если надо!

— До Белграда доедет?

Стефан чуть поморщился, потом сказал:

— Скорее всего, да… но масло бы поменять, конечно, надо… дорога не близкая…

— В общем, Стефан, будем считать, что везучий ты, — сказал я. — Если сделаешь всё как надо — не только живым останешься, но и заработаешь.

Лысый посмотрел на меня. В его глазах зажглась робкая надежда — впервые за всё время.

— С нами едет Златан. Ты и это мордоворот, — я кивнул на Лазара, — останетесь здесь. Если по дороге будут сюрпризы из-за утечки информации — твой сын погибнет. Если к властям обратитесь — не важно, здесь или в Сербии — то же самое. И я бы на твоём месте никак не стал рисковать.

Стефан стиснул зубы, но кивнул.

— Ну и чтобы интереснее ждать сына было, — продолжал я. — За работу он получит пять тысяч долларов США. Плюс по дороге мы заедем куда-нибудь, чтобы машину привели в порядок. Задаток — первую тысячу — я оставлю тебе. На лечение. Это ясно?

Несостоявшийся грабитель смотрел на меня с недоверием.

— Оче, он говори истину. Осехам такве ствари. Могу то да урадим, — сказал Златан.

— Добро, — кивнул Стефан.

— За приятеля своего поручишься? — спросил я, кивая на Лазара.

Стефан дважды кивнул в ответ, довольно уверенно.

Я вытащил у Лазара кляп.

— Ну что думаешь? — спросил я.

— Ничего не думаю, — ответил он через Вову. — Жить хочу.

— Молодец, — улыбнулся я. — Правда, «Беретту» твою отдать не смогу. Но дам за неё триста долларов. Согласен?

Боевик кивнул.

— Кстати, где ствол достал? Очень уж приметный. Пиндосский же, да?

— Хорватский, — ответил Лазар. — Им пиндосы давали.

— Ясно.

Какое-то время ушло на то, чтобы оттащить Драгана вниз и там уложить его на бок, на диванчик, который скрывался за стойкой — так, чтобы он случайно рвотой не захлебнулся. Трупы мне были совершенно не нужны.

Фургончик-микроавтобус был по-настоящему старым. Такие «Ситроены» производили то ли семидесятые, то ли в шестидесятые. Чудо, что он вообще был на ходу. Мне он напомнил что-то, связанное с Югославией и Белградом, но я никак не мог вспомнить, что именно.