Жанна широко улыбнулась, но Карл предостерегающе поднял руку.

– Мы еще не решили, нужно ли Деве принимать участие в сражении, – сказал он, неодобрительно глядя на герцога. – Но благодарим вас, мой друг, за такое щедрое предложение. Дева, еще многие хотят задать вам вопросы.

Улыбка сошла с лица Жанны, но внутренний свет продолжал сиять, пока она смотрела на герцога.

– Я буду вам очень благодарна, когда на подаренном коне поеду к стенам Орлеана, – сказала она без натуги, и голос ее звенел счастьем.

Лицо Карла выражало смущение и раздражение. Наморщив высокий лоб, он переводил взгляд с Жанны на герцога Алансонского, одновременно крутя пальцами перстни на руке.

– Дева, хотя мы должны прислушиваться к тому, что о вас говорят святые отцы, мы, возможно, тоже дадим вам очень полезную в битве вещь – на всякий случай. Прекрасный меч, возможно сделанный исключительно для вас. Он порадует вас больше боевого коня, вот увидите.

К чести герцога Алансонского, он лишь мило улыбнулся попытке кузена отвоевать у него внимание Жанны.

– Мои голоса, что послали меня привести вас в Реймс, сказали мне, что меч уже ждет меня. Вам не нужно просить кузнецов выковывать новый.

Карл удивленно поднял бровь и еще быстрее начал крутить перстни на руке.

– Вот как?

– Да! – живо подхватила Жанна. – Вы должны просить прелатов церкви Сент-Катрин-де-Фьербуа дать его мне. Я точно знаю, где он находится. Я могу продиктовать им письмо с точным указанием места. – На лице Жанны играла озорная улыбка. – Вы сами все увидите.

– Я поеду, – услышал Габриэль собственный голос и покраснел, когда все головы повернулись в его сторону. – Я поеду и привезу меч.

Он вспомнил чувство, охватившее его в церкви, когда он молился подле Жанны, вспомнил непреодолимую тягу к алтарю. И он хотел удостовериться, что не обманулся, более того – ему невыносима была мысль, что какой-то недобросовестный человек найдет меч Жанны и сбежит с ним.

– Я поеду с тобой, – сказал Жан. – С твоего позволения, конечно.

Жанна повернулась к де Мецу, в ее синих глазах мелькнуло сомнение.

– А вы с де Пуланжи тайком не вернетесь в Вокулер?

– Конечно нет. Я не нарушу данного вам обещания и не покину вас, пока мне не прикажут.

Жанна кивнула:

– Хорошо. Тогда у меня будет еще одно поручение. Охраняйте мою тень, Габриэля, на всем пути до Сент-Катрин-де-Фьербуа и обратно.

– Клянусь выполнить ваше поручение, – ответил де Мец. – А вас я оставляю здесь в надежных руках. – Он посмотрел на Жанну с тоскливым сожалением.

Габриэль понял его чувства. Раз увидев свет, излучаемый Жанной, невозможно было добровольно ее покинуть. Как мотыльки, они летели на этот свет, но лишь обжигали крылышки.

Габриэль обернулся к герцогу и увидел на его лице такое же выражение, как у де Меца и, вероятно, у него самого.

Он видит ее, догадался Габриэль. И тут же, словно молнией, его поразило еще одно откровение: он видит ее орлиным зрением, как сам Габриэль или Жан.

Как ассасин.

12

– Виктория, нет! – закричал он, но ее голос, раздавшийся в шлеме, прервал его крик.

– Да, Саймон, – сказала она.