11

– Да, – наконец сказал Габриэль. – Я буду у вас учиться, но я убью вас собственными руками, если вы предадите Жанну.

Саймон физически почувствовал себя уничтоженным. Габриэль Лаксарт, его предок, – ассасин? Невозможно! Саймон был магистром ордена тамплиеров, членом Внутреннего Святилища. Более того, он сохранял, что называется, преемственность. Тамплиерами были его родители, его бабушка, которая тихо работала в военном кабинете Уинстона Черчилля. Среди его дальних родственников тоже были тамплиеры. Для Саймона стать свидетелем того, как Габриэль заключил союз с заклятым противником, было все равно что наплевать на могилы предков.

– Иного я и не ожидал, – сказал де Мец без тени юмора в голосе.

Габриэль услышал резкий металлический звук и почувствовал, как его путы ослабли. Освободив от веревок руки, он тут же сорвал с глаз повязку и зажмурился от яркого солнца, лившегося сквозь узкие окна, похожие на вертикальные щели в каменных стенах, у потолка смыкавшихся в красивые арки. Юноша заметил, что чья-то рука на одной из стен выбила замысловатые письмена. Узкая витая лестница служила единственным выходом из каменного мешка. Габриэль повернулся к Жану, и его взгляд застыл на клинке, выдававшемся из правого рукава последнего. Де Мец улыбнулся. Очевидно, он ждал, когда Габриэль его увидит, а затем едва заметным движением руки спрятал клинок в рукав.

– Это наше традиционное оружие, – спокойно сказал Жан, – скрытый клинок. – Он еще раз сделал едва уловимое движение рукой, с тихим лязгом обнажив клинок. – Он позволяет нам исполнить долг мгновенно и практически незаметно. И это второе правило нашего кредо: «Скрывайся у всех на виду».

«Он без труда убьет меня, стоит ему лишь протянуть руку в приветственном жесте», – подумал Габриэль. И тут же почувствовал, что хочет иметь такой же клинок – изящный, остро заточенный, смертельно опасный. И он точно знал, что, не раздумывая, поразит им любого, кто попытается обидеть Жанну.

Габриэль отвел взгляд от клинка и спросил:

– Где мы?

– Это донжон форта Кудре, – ответил де Мец.

– Меня бы здесь нашли, – усмехнулся Габриэль. – Я бы крикнул в окно.

– Крикнул… если бы я не всадил клинок в твое горло, – усмехнулся в ответ Жан и как ни в чем не бывало продолжил: – Но где бы тебя уж точно не нашли, так это в тайном переходе, который ведет отсюда в Мельничную башню.

Габриэль побледнел. Эти люди не раздают пустых угроз.

– Кто был тот, что говорил шепотом? – насколько мог спокойно спросил юноша.

– Придет время – узнаешь. Чем меньше ассасинов ты знаешь, тем меньше вероятность того, что ты сможешь нас предать.

– Я вас не предам, пока вы защищаете Жанну.

– Ты еще не знаешь, какими нежными методами умеют убеждать наши враги, – мрачно произнес де Мец. – Кстати, знаешь, кто томился здесь в заключении?

– Тамплиеры? В Шиноне?

– Я не сказал «в Шиноне», я сказал «здесь». Их Великий магистр Жак де Моле, а с ним еще трое высокопоставленных тамплиеров. – Де Мец показал рукой на надписи на стене. – Мне было интересно, сможешь ли ты их увидеть или почувствовать, что они есть. Ассасины – люди, похожие на тебя, – способны видеть и чувствовать то, что недоступно другим. В нашем братстве эту способность называют орлиным зрением. Эти надписи – своего рода послание, и сделаны они не ради развлечения.