Изменить размер шрифта - +

Он не успел.

Его безжалостно выдернуло из тела и понесло сквозь переливающееся всеми цветами радуги марево вероятностей, усеянное массивными кусками давно позабытых, так никогда и не использованных возможностей, крохотными кусочками неназываемых желаний и совсем уж крошками потаенных мыслей, в серую мглу окончательного безвременья. Прежде чем эта мгла охватила его сознание полностью, Даниил успел подумать, что теперь никогда не узнает, сумеет ли настоящий хозяин тела, в котором он жил последние несколько лет, поймать хитрого ноузи. Но больше всего ему было жаль даже не этого.

Он знал, что, оказавшись в новом теле, неизбежно потеряет некоторое время на восстановление своей памяти. Ее придется собирать буквально из крохотных кусочков, медленно, ненавязчиво, исподтишка, стараясь не повредить сознание существа, в теле которого оказался, не нарушить его целостность, не сделать полным идиотом, а просто отодвинуть в сторону, превратить из повелителя всего лишь в стороннего наблюдателя.

Зачем? Хотя бы на тот случай, если его, как сейчас, выдернет из занимаемого тела. Тогда сознание хозяина тела всего лишь вновь обретет утерянное, вернется к активной жизни, возможно, даже не запомнив период бездействия. Если он все сделал правильно, то хозяин только что занимаемого им тела упустить ноузи не должен. Или он все же даст обвести себя вокруг пальца? Неужели он за те несколько лет, в течение которых Даниил владел его телом, так ничему и не научился?

Впрочем, это так и останется неизвестным. А время... Ах, время...

Хотя имеет ли оно для него какое‑то значение? Время не очень значимое понятие для того, кто обречен до скончания времен довольствоваться телами других мыслящих.

 

...Пребывание в безвременье было похоже на беззвучный взрыв серого цвета, на волну, резко его накрывшую и мгновенно схлынувшую, оставившую после себя лишь неприятные, трудноуловимые воспоминания, населенные странными созданиями, облик которых он сейчас не мог вспомнить. Вроде бы они даже о чем‑то говорили. Но о чем? Имело ли это какое‑то значение? И кстати, может быть, стоит заняться новым телом?

Новое тело.

В первую очередь его интересовало сознание хозяина. В каком оно находится состоянии? Много ли оно потребует возни? Приступая к обследованию, он даже вновь ощутил полузабытое чувство азарта, предвкушение предстоящей схватки. Может, в этот раз она окажется легкой, а возможно, ему придется повозиться.

Сейчас все выяснится.

Однако, обследовав новое тело, он испытал удивление, почти шок. Другого сознания не было. Совсем. Ни малейших следов.

Что это могло означать? Он попал в тело человека‑растения? Или... Да нет, этого не могло быть. Приговор собрания великих магов обжалованию не подлежит. До сих пор не было ни одного случая... И все же... Он знал это тело, он его прекрасно помнил. Более того, точно так же, как путник, попавший в дом, в котором провел детство, осматривая его, неожиданно то здесь, то там находит то забытую игрушку, то измусоленную, читанную в детстве книжку, он обнаруживал в памяти этого тела крохотные обрывки воспоминаний, оставшиеся там после того, как по решению собрания старых интриганов его сознание из него извлекли.

Стало быть, все верно. Его тело не уничтожили. А должны были... Забавно... Хотя имеет ли смысл чему‑то удивляться? Не лучше ли подождать дальнейшего развития событий? Уж наверняка тот, кто сохранил его тело, сделал это небескорыстно. И значит, в спектакле под названием жизнь наступил черед сыграть сцену, давным‑давно набившую всем оскомину, сцену под названием "Кредитор и должник". Стоит открыть глаза, и она начнется.

Но сначала... Вот именно, прежде не мешает немного полежать и обдумать положение, в котором оказался.

Честно говоря, отличным его назвать язык не поворачивался.

Ну да, он вернул себе свое тело. Он теперь вновь может ощущать себя полноценным человеком. И что? Радоваться и веселиться до потери пульса? С каких это фиников? Оставаясь в том состоянии, в котором был до возвращения, он являлся неуязвимым и бессмертным.

Быстрый переход
Мы в Instagram