Слышу.   Тина неприязненно окинула взглядом его высокую фигуру.   Я на это не пойду.

  Зачем ты так говоришь?   Он приблизился к ней. Вызывающая улыбка искривила его губы, он хотел погладить ее по щеке.   Даже ты нуждаешься, чтобы тебя хоть чуть чуть любили.

И это было правдой, как Тина сама недавно убедилась. Но в любви Глена она совершенно не нуждалась.

  Нужно мне это или нет   тебя не касается,   ответила она и, повернув ручку, открыла дверь.   До свидания, Глен.

Он на секунду принял рассерженный вид, но тут же нахально улыбнулся, бросив в ответ:

  Окей, беби, ты сама не знаешь, от чего отказываешься.

  Здесь ты не прав.   Тина тоже улыбнулась.   Что касается тебя, то я точно знаю, чего лишаюсь.

Глен был готов взорваться.

  Я ухожу. Но еще приду.   Он повернулся и направился по уложенной плитками дорожке, бросив через плечо:   Когда ты не будешь в таком сволочном настроении.

  Как нибудь я переживу твое отсутствие,   крикнула ему вслед Тина, захлопнула дверь и прислонилась к ней, тяжело дыша и пытаясь успокоиться.

Наглец, выругалась она про себя. Не нужен он ей совсем, тем более для любовных дел. Тина отошла от двери и направилась в кухню. Ей просто чудесно одной, и никакие мужчины ей не требуются. В этом она была уверена.

Никакие, кроме одного. От этой неожиданной и дикой мысли Тина вдруг остановилась посередине блистающей чистотой кухни и уставилась перед собой.

Эрик Вулф. Интересно, какой он любовник? У нее все внутри похолодело, когда она подумала об этом. Она ощущала его запах, видела его широкие плечи, узкие талию и бедра, длинные ноги, тонкие пальцы, мужественный, чувственный рот.

Тина сдавленно застонала, ее лоб покрылся испариной. Что с ней? Она ведь никогда не реагировала так ни на одного мужчину.

Хватая ртом воздух, Тина провела тыльной стороной руки по лбу. Она чувствовала себя как то странно: ее охватили одновременно слабость, жар, холод и... желание. Что же со всем этим делать? Она сама должна выбрать. Лучше всего   выбросить Эрика Вулфа из головы. Но хочет ли она этого? Ни секунды не колеблясь, Тина отрицательно покачала головой. Весь прошлый вечер она надеялась и в то же время боялась, что он дотронется до нее и поцелует. А утром, когда увидела его бегущим мимо окна, поняла, что выкинуть его из головы ей совсем не хочется.

Говоря прямо, ей хотелось узнать раз и навсегда, действительно ли она такая глыба льда, какой ее считал Глен, за что и упрекал постоянно.

Тина интуитивно чувствовала, что нравится Эрику. Иначе почему он уделил ей столько внимания в пятницу вечером в баре, а на следующий день поджидал у автобусной остановки? Но непонятно, почему он не сделал попытки поухаживать за ней вчера вечером. Сморщив лоб, Тина задумалась. Она не играла прежде в любовные игры и не знала правил, когда бывает понятен какой нибудь жест или взгляд. Ей казалось, что Эрик хладнокровно тянет время, ожидая какого то знака с ее стороны.

Хорошо, решила Тина, она подаст ему знак. А что делать дальше? Соблазнить его? От этой совершенно нелепой мысли Тина расхохоталась. Она ведь даже не знает, как начать.

Тут до нее долетел аппетитный запах жарящегося цыпленка, и это подсказало ей выход   она начнет с того, что пригласит Эрика на обед.

* * *

Эрик, прищурившись, следил за домом Тины и пробормотал что то сквозь зубы, увидев, как распахнулась дверь и вышел Глен Ребер.

Взглянув на часы, Эрик нашел подтверждение тому, что уже и так знал: этот тип не пробыл наедине с Тиной и пятнадцати минут, а этого времени едва ли хватит для объятий.

Тут только Эрик понял, насколько он зол и расстроен, и в то же время ему хотелось защитить Тину от человека, который раньше был ее мужем.