Фарад молчал. Он хотел что-то сказать. Как-то возразить. Александр видел это по его лицу. Но не мог. Потому, что говорить было нечего.

— Если на этом всё, то следующие учения пройдут завтра. Также в двенадцать ноль-ноль по стандартному времени. Свободны.

* * *

— Не слишком ли ты с ними жёстко?

Аня протянула ему бокал с пивом и Зарин не без удовольствия принял его, ощутив пальцами холодное и запотевшее стекло.

— Честно говоря, я понятия не имею, как поступить иначе, — признался он ей и сделал глоток.

Они находились в его каюте. По корабельному времени был уже поздний вечер, да и в расписании у обоих выдался промежуток, свободный от вахт, решения бесконечных рабочих вопросов и дел, требующих немедленного решения.

Учитывая обстановку, практически каждая запись в электронном расписании самого Александр носила именно такой характер.

Но, сейчас они могли просто побыть вдвоём и отдохнуть. Душой и телом, так сказать.

— У них нет боевого опыта, Ань. Да и чего уж там, у меня самого его тоже не много. Но, проблема даже не в этом. Не только лишь в этом, я хотел сказать. Фарад… слишком агрессивен. Слишком верит в то, что дредноут в его руках — это огромная дубина. А когда у тебя в руках молоток таких размеров, то любая проблема кажется тебе гвоздём. Вот он и машет им налево и направо. Сама видела, что сегодня было.

— Ага.

Она налила себе и подошла к кровати, аккуратно обходя разбросанную по полу одежду.

— Просто подобные тренировки вряд ли помогут тебе завоевать их расположение. Особенно Фарада.

— Да плевать я хотел на их расположение… — начал было Александр, но Аня резко его прервала.

— Нет, Саша. Тут ты не прав, — покачала она головой, ложась рядом с ним на постель. — Они твои подчинённые. Не важно, нравишься ты им или нет, но они должны тебя уважать.

— Ага. Скорее уж звезда замёрзнет, чем я добьюсь подобного от Джана. С остальными то ещё может быть. Они хотя бы не так агрессивны и не лезут в бутылку. А вот Фарад… Ему будто шило в задницу вставили. Каждый раз, как меня видит, то чуть ли не на пену исходит. Ты же не читала его личное дело?

— Откуда? У меня нет к ним доступа.

— А, точно. Прости, я забыл. Но, ты в курсе, что Джан сын губернатора?

— Да, ты говорил.

— Так вот, там всё ещё хуже. Фарад с момента своего назначения никогда не покидал Аркадию. Получил первый эсминец практически сразу же после выпуска из академии. Через два года назначен старпомом на тяжёлый крейсер, а затем ещё через полгода стал его капитаном. Через пять лет уже сидел в капитанском кресле «Горгоны». И всё это время его служба шла на Аркадии. Даже если подразделение, в котором он служил, переводили в другое место, то Фарад и его корабль оставались тут.

— Хочешь сказать…

— Ага. Видимо папочка посодействовал тому, чтобы карьера у его сыночка сложилась хорошо.

Александр пригубил пиво и задумался.

— Знаешь, если подумать, то его отношение ко мне вполне логично. Я тут поспрашивал некоторых офицеров на вчерашнем общем собрании на станции. Не сказать, чтобы они отзывались очень уж лестно про этого парня.

— В каком смысле?

— Он должен был получить «Эверест». До того, как Кейн устроил бойню на Трое, я имею в виду.

— И?

— Теперь не получит. Более того, как я понял, папаша усиленно продвигал его на командирский пост. Скорее всего уже через несколько месяцев ему дали бы собственную эскадру или, как минимум, дивизион.

— А тут вылезаешь ты, такой хороший и замечательный, — рассмеялась Аня. — И мало того, что получаешь то, что должно было быть его, так ещё и Фарад обязан тебе теперь подчиняться.