Оно понятно, кого волнует чужое горе. Не у них, и ладно. Думаю, что находились и те, кто, наоборот, злорадствовал, хоть на людях и делал вид, что ужасно расстроен и огорчен. Что делать, такова человеческая природа. Злиться на это глупо, пытаться изменить – утопично, так что оставалось лишь игнорировать и следовать правилам игры. Вот я и кивал малознакомым или совсем незнакомым людям, потоком подходившим к нам с Аськой, с выражением горя на словах и совершенно равнодушными глазами.

К счастью, долго это не продлилось, всего каких-то полчаса, и от нас отстали. Или скорее взяли паузу перед следующим раундом попыток подлизаться. Ведь это при первом визите к Лепестковым-Каменским те считались родом на грани вымирания, а я якобы был в опале у императора. А сейчас всё было совсем иначе. Первооткрыватель нового мира, получивший там родовой надел и жену-богиню. Дважды герцог и трижды зять императоров, и плевать, что одна из цесаревен стала фавориткой, да и свадьбы ещё не было. Мой статус и близость к трону не подлежали сомнению, а значит, тут же рядом нарисовалась толпа лизоблюдов, норовивших поцеловать в задницу в надежде, что им за это что-то перепадёт.

К сожалению, лично мне деться от этого было некуда, зато Аську я сразу же отправил играть. И так, стоило ей появиться, Пётр прилип к девчонке, словно верная собачка, и больше ни на шаг не отходил, глядя преданными глазами на свою любимую. Вот, казалось бы, одиннадцать лет, откуда такие чувства, к тому же они год почти не виделись, и на тебе. Смотрит, вздыхает, ловит каждое слово. И ведь чувствуется, что это не игра, а по-настоящему, искренне. Что он ради Аськи готов на всё. Пришлось даже дочери тишком внушение сделать, чтобы не смела играть чувствами пацана. Не нравится – отшей сразу, а мучить не смей. Хорошо ещё, малышка у меня понимающая и сразу дала слово, что ничего такого не будет. Да и Петька ей явно был симпатичен, хоть девчонка перед ним и крутила хвостом, но в меру и знаки внимания принимала благосклонно.

Вот я их и отпустил играть. Не вдвоём, как оказалось, на приёме присутствовало около дюжины детей их возраста, для которых отделили покои и часть сада. Нагнали туда гувернанток и слуг, приглядывать и исполнять прихоти, но Аська в присмотре явно не нуждалась. Мигом организовав детей, построив их по рангу и ранжиру, мелкая егоза принялась методично разносить всё, до чего могла дотянуться. Не в прямом смысле, конечно, девочка она у меня была воспитанная, но вот устроить дикое побоище на игрушечном оружии умудрилась, послав слуг за большим количеством пушек, стреляющих мягкими снарядами. И жилетов с шапочками, на которые те легко прилипали.

Визг стоял такой, что даже я пошёл взглянуть, что ж там происходит. Как раз попал на осаду крепости, построенной из подушек, покрывал и мебели. Аська отважно отбивалась от наседавших детей, строча из пулемёта, а Петька, как верный рыцарь, работал вторым номером, подавая ленту и отстреливаясь из пистолета. Штурмующие грамотно пользовались особенностями местности, прятались за шкафами, креслами и пуфиками, поливая защитников пульками из автоматов, а один толстячок садил из базуки, да так ловко, будто родился и вырос в отряде наёмников. Уж я-то знаю, ещё в Новосибирске доводилось с теми зависать, когда подрабатывал спарринг-партнёром. Командир «Медведя» меня к себе завербовать хотел, после того как совершеннолетним стану, вот и брал на разные пострелушки и прочие движняки.

Оставив детей развлекаться, я вернулся к гостям.