А затем я услышала голос Кэмерона в моей голове: «Начинай жить, Банни». И я решилась на переезд с Гленном. В Далласе мы сразу стали жить вместе, и меня это очень пугало. Он не разрешал мне работать, говоря, что его девушка должна ходить по магазинам, а не разносить тарелки.

В тот момент в штате Техас, когда я осталась без работы и пыталась выбрать учебные курсы, но не могла определиться с направлением, я поняла что потерялась в этой жизни. Заметив мою депрессию, Гленн взял меня секретаршей, но все, что у меня хорошо получалось, – это кофе и секс на столе в рабочее и нерабочее время.

А потом я загорелась идеей открыть небольшое кафе с домашней кухней. Конечно, я бы никогда не готовила там сама. Насмотревшись тренингов в интернете, я за один вечер написала бизнес-план, и Глен, посмотрев его, похвалил меня, а через несколько дней мы уже смотрели помещение для аренды.

Не скажу, что дела идут очень успешно. Но кафе до сих пор держится на плаву, в прошлом месяце даже была хорошая прибыль. У меня замечательный коллектив, и я с грустью думаю о том, что если моего жениха переведут в Нью-Йорк, мне придется продать свое детище.

На день рождения Гленн сделал мне предложение в ресторане. Я задумалась, но люди вокруг так ждали, что я выкрикну долгожданное «Да!», что мне стало неловко от того, что я задерживаю их своими раздумьями, поэтому я даже немного переиграла с восторгом.

Мне хорошо и спокойно с Гленном. Правда, он иногда бывает слишком нервозен. Мама и Келси в восторге от него. Как говорит Джин: «У вас ровная любовь, Эндс, главное, что есть стабильность».

Да, у меня нет к нему того, что я испытывала к Кэмерону, но со временем я поняла, что мы с Кэмом были слишком молоды и, возможно, наши чувства обострились как раз благодаря этой самой горячей молодости.

Иногда я вспоминаю Кэмерона. Нет, не так часто, как раньше, но все же он возвращается в мои мысли и сны чаще, чем следовало бы. Конечно, я уже давно не надеюсь на то, что когда-нибудь увижу этого парня, а мысли о судьбоносной встрече тем более покинули мой разум. Я просто рада, что Кэмерон Райт был в моей жизни, что сделал меня счастливой, хоть это счастье и длилось недолго, будто было взято нами напрокат.

– Энди, ты слышала меня? Солнышко, я обязательно скажу маме, но чуть позже.

– Хорошо. Мы ведь все равно даже не выбрали дату. Тем более, скоро переезжать в Нью-Йорк, потому что я уверена, что тебе дадут повышение. В общем, сейчас все равно не до свадьбы.

– Я люблю тебя, – он наклоняется, чтобы поцеловать меня в губы и дергает за рукав левой руки: хочет, чтобы я спрятала помолвочное кольцо. Если честно, то я даже немного рада, что его нужно спрятать, потому что оно выглядит несколько вульгарно из-за размера бриллианта, который в него вставлен, и я стесняюсь его.

Двери лифта открываются, я зажимаю бутылку под мышкой и снимаю кольцо, пряча его в карман пальто.

– Пойду закажу нам такси, – Гленн делает шаг к стойке регистрации и замирает. – Ты не помнишь, я положил гуся обратно в коробку?

– Прости, я упустила этот момент, это ведь ты ходил с ним в обнимку.

Приоткрыв крышку коробки, он чертыхается.

– Я мигом.

– Подожду тебя на улице.

На вечерний Нью-Йорк опускаются пушистые хлопья снега, и во мне наконец-то просыпается дух Рождества. Сжав бутылку покрепче, приподнимаю подол длинного платья и спускаюсь по лестнице.

Неподалеку стоит мужчина в костюме Санты, он размахивает звонким колокольчиком и выкрикивает радостное «Хо-хо-хо!» вслед прохожим. Рядом с ним стоит котелок для пожертвований, в который прохожие опускают деньги. Я тоже решаю принять участие в благотворительности, поэтому подхожу к Санте и, запустив руку в карман, собираю всю мелочь и пару бумажных купюр, что нахожу на дне.