Волнистый позвонил на квартиру Раскатовой, но Дашенька напряженным голосом сообщила, что хозяйка еще не вернулась. Раскатовой не оказалось и в офисе. Ее мобильный телефон не отвечал. У майора сложилось впечатление, что его избегают. Но сколько можно прятаться? Возвращаться домой несолоно хлебавши Волнистому не хотелось. Как говорится, еще не вечер. Когда‑нибудь ты объявишься, Евгения Львовна. А покамест… И тут он вспомнил про звонок Елены Васильевны Беловой и решил к ней заехать. Что такого интересного ему хотели сообщить?

Обе сестры оказались дома. Сергей Павлович удивился их схожести. Белова‑младшая была точной копией Беловой‑старшей. Даже голоса у сестер были похожи.

— Вы мне звонили, — обратился он к матери Натальи Беловой. — Есть какая‑то информация о вашей дочери?

Елена Васильевна укоризненно посмотрела на сестру. Людмила Васильевна натянуто улыбнулась майору и сказала:

— Да, я хотела вам кое‑что рассказать. В комнату проходите.

Комната в квартире была одна. Каждый полезный метр ее использовался на сто процентов: часть отгорожена занавесками под «спальню», там стояла тахта. Днем занавески были раздвинуты, и площадь зрительно увеличивалась. Над тахтой прилепились антресоли, в углу стояла сложенная ширма, стенка была забита до отказа. Посудой, одеждой, постельным бельем… Сергей Павлович присел в кресло и невольно поджал ноги. В квартире Беловых было очень уж тесно.

— Чайку? — засуетилась хозяйка.

— Не беспокойтесь, — остановил ее Сергей Павлович. — Я к вам ненадолго, по делу. Что вы мне хотели сообщить?

Людмила Васильевна присела на диван, рядом с сестрой.

— Дочку мою нашли? — строго спросила Елена Васильевна.

— Ищем, — коротко ответил он.

— Как же так? Куда ж она подевалась? Люся, расскажи Сергею Павловичу, где ты последний раз ее видела.

Та приподнялась:

— Я все‑таки чайку…

— Сядь, — велела сестра. — Рассказывай. Людмила Васильевна, словно оправдываясь, заговорила:

— Вы ж сами видите, какая у нас теснота. У мужа тоже родственники. Под Тамбовом живут. Приезжают часто, фрукты‑овощи привозят на продажу. Всех надо встретить, спать где‑то уложить. Я, конечно, виновата, что с Натальей так получилось. Но и вы меня поймите. Если бы она еще одна приехала. А то с подругой! И, главное, кого ко мне привела? Познакомились в поезде. Я Наталье прямо сказала:, осторожней надо с людьми. И подружка ее мне не понравилась. Сразу видно: тертая девка.

— Так Наталья приехала с подругой?

— Да, с подругой. Викой зовут. Наталья к ней прямо прилипла. Либо с Викой, либо никак. А мне‑то она на кой? Ну, я и…

Сергей Павлович встрепенулся: наконец‑то! Спросил у Людмилы Васильевны:

— На фотографии сможете ее узнать?

— Так я и хотела вам сказать. Может, это она у Натальи паспорт украла?

Волнистый достал пачку фотографий, разложил их перед Людмилой Васильевной. Мертвая Нэтти лежала на траве возле пруда. Другую фотографию он взял в офисе у Раскатовой. Последнее время Нэтти фотографировали много и охотно. Белова‑младшая долго смотрела на снимки. Потом неуверенно сказала:

— Вроде она, а вроде и не она. Та была темная, а эта блондинка. И лицо… Не очень похожа на Вику. Нет, точно не скажу.

Тогда майор достал паспорт Натальи Беловой, где была фотография совсем другой девушки.