— В чем дело? — спросила она. — Говорите. Все равно день окончательно испорчен.

— Пошли внутрь, чтобы они не заметили нас, — сказала Коррин.

Они подхватили свои молочные ящики и поспешили в комнату.

— Мэдди, дорогая, эти прихвостни и вчера приходили. Они искали тебя и требовали, чтобы их впустили в дом. С тех пор мы все время закрываем входную дверь.

— И мне придется принимать только постоянных клиентов! — добавила Беа, подтвердив сказанное энергичным кивком.

— Они уже приходили сюда? — Мэдди ущипнула свой висок. — Но еще даже не вышел срок.

— Они сказали, что Тумар повысил процентную ставку. Он повышает ее каждую неделю.

Мэдди снова опустилась на свою кровать.

— Но почему?

— Ты ведь знаешь, как здесь распространяются слухи, — ответила Коррин. — Ты влезла в долг, чтобы обновить свой гардероб, а потом покинула город. Все посчитали, что ты задумала что-то серьезное. А может быть, Берта и Одетта напели ему что-то, и он решил поставить на твой успех.

Выложив эти новости, Коррин продолжала тискать свои изъеденные щелочью пальцы, Беатрикс же начала сосредоточенно изучать выщербленную чашку.

— Что еще? — Мэдди выдавила улыбку. — Я переживу. — Она могла справиться с обвалом плохих новостей. Ей всегда удавалось это.

Поколебавшись, Коррин сказала:

— У Тумара, должно быть, свои планы. Ему, по-видимому, вовсе не хочется получить назад занятые тобой деньги.

Мэдди нервно сглотнула образовавшийся в горле комок. Она слышала, как Берте и Одетте пришлось заняться теперешней работой. Работая в баре, они взяли в долг деньги. Затем их поставили перед жестким выбором, и они, не пожелав оказаться с переломанными руками, занялись более прибыльной, спонсированной Тумаром торговлей своими телами, с которой он же снимал сливки.

Коррин отставила чашку.

— Если нам не удастся собрать деньги… — у Беа повлажнели глаза, — Мэдди придется спасаться бегством.

— Нет, Беа, нет, — поспешила успокоить ее Мэдди. — Я никуда не побегу. У меня все под контролем. Я собираюсь выйти замуж за графа.

Ледо был единственным подарком от ее матери. С ним она давно договорилась обо всем. Мэдди должна была выйти за него замуж по достижении четырнадцати лет, но ее мать незадолго до этого умерла. Мэдди заупрямилась, и тогда Гийом выгнал ее из дома.

— Но ты говорила мне, что чувствуешь, будто Ледо — нехороший человек, — сказала Коррин. — Да еще эти слухи…

Мэдди уняла пробежавший по телу озноб.

— Нет-нет. Я перехитрю Ледо, переживу и получу наследство. — Она слышала, что три его последних жены питали те же надежды, прежде чем умереть при таинственных обстоятельствах. — Тогда мы все разбогатеем и навсегда покинем Марэ. Все будет хорошо. Вот увидите.

Глава 10

Мэдди жила в безжалостном мире. Она выросла в Марэ, наблюдая за царившими там нравами, и быстро поняла, что в этих трущобах в погоне за элементарными потребностями, такими как еда, кров, удовлетворение половых инстинктов, а также в естественном стремлении избежать смерти и боли такие понятия как «мораль» и «этика» не существовали.

Это соображение заставило ее надеть последнее платье, сойти по ста двум ступеням вниз и направиться к Ледо. У нее не было денег на омнибус, чтобы доехать до дома графа, поэтому она пошла пешком. Она уже и так похудела, всего через неделю после возвращения, и ей приходилось ушивать платья, включая это, последнее из оставшихся приличных.