Дама слегка изменилась в лице, но Джон ожидал этого. О да, она знает о Терри.

— Для чего? — продолжила допрос женщина.

Он протянул ей руку:

— Джон Киплинг.

— Анита Монроу. Я здешний директор. Вы из газеты?

— Из маленького нью-хэмпширского издания. Я когда-то работал вместе с Терри в Бостоне.

— Повезло же вам, — заметила она, но тут дверь за ее спиной открылась. Сначала оттуда вышел юноша. Возраст и поношенный рюкзак выдавали в нем студента. Опустив глаза, он прошмыгнул между собеседниками и поспешил к двери.

Затем из кабинета выглянул человек в одежде пастора. Джон сразу отметил в нем сходство с Терри, хотя затруднился бы точно сказать, в чем именно оно состоит. Нейл был явно старше Терри. Волосы его начали седеть, а на лбу и на щеках залегли морщины. Он был не так высок и строен, но держался не менее прямо. Нейл не носил усов, и линия губ выглядела несколько мягче. И смотрел он куда дружелюбнее, чем Терри. Джон охотно поверил бы всему хорошему, что слышал об этом человеке.

Анита быстро взяла инициативу в свои руки:

— Отец Нейл, познакомьтесь с Джоном Киплингом. Он хочет поговорить с вами о Терри.

Отец Нейл шумно вздохнул и запрокинул голову назад, словно признаваясь: «Теперь я разоблачен». Когда он снова посмотрел на Джона, губы его дрогнули в улыбке:

— На свете столько Салливанов. Я все думал: когда же кто-нибудь обнаружит эту связь? Как вам это удалось?

— Ваша давняя соседка еще по Мидвиллу сказала, что вас следует искать в Вермонте. Местная епархия помогла в остальном. Я давно знаком с Терри. Мы с ним вместе учились в колледже.

— И работали, — добавила Анита.

Священник грустно улыбнулся:

— Тогда боюсь, вы знаете его лучше, чем я. Между нами ведь целых семь лет разницы. Мы никогда не были близки.

— И теперь совсем с ним не общаетесь?

— Нет. Мы избрали разные дороги в жизни. Не знаю, что вас интересует, но, боюсь, вы напрасно проделали долгий путь. Сожалею, но мне действительно нечего сказать.

Джон не стал ни хитрить, ни втираться к нему в доверие. Он изложил просьбу, рассказав о своей дружбе с Лили и о том, что она выстрадала с тех пор, как ее втянули в этот скандал.

— Она только хочет вернуть себе то, чего ее лишили. А я помогаю ей. Мы вместе пытаемся понять, почему Терри так ненавидит Фрэна Россетти и постоянно преследует его, попутно уничтожая ни в чем не повинных людей. Мне известно, что в юности ваша мама и Россетти были близки, что ваш отец ревновал ее и бил Терри. Я знаю, что вас миновала чаша сия.

В глазах Нейла Джон увидел неподдельную боль.

— Если вы все это знаете, то зачем вам я? — тихо спросил священник.

— Только вы способны все это объяснить. Необходимо, чтобы кто-то подтвердил наши догадки насчет его мотивов.

— Для публикации, конечно… — С печальной улыбкой отец Нейл покачал головой. — Простите. Я не могу этого сделать. Он мой брат.

— Терри оклеветал кардинала и разрушил жизнь невинной женщины.

— И все же это мой брат. Так или иначе, вы добудете необходимые сведения, но только не от меня.

— Мне нужны достоверные сведения. Вы единственный по-настоящему осведомленный человек.

— На самом деле это не так. Я же на семь лет старше Терри. В детстве это как пропасть.

— Причастен ли Россетти к вашим семейным проблемам?

— Вам бы моих родителей расспросить.

— Но их уже нет.

— Да, — подтвердил отец Нейл, и повисла тяжелая пауза.

Джон попробовал снова:

— Вы удивились, узнав, что именно Терри затеял скандал «Россетти — Блейк»?

Снова грустная улыбка:

— Я не хочу отвечать.