Loading...
Изменить размер шрифта - +
Приглядевшись повнимательней, я увидела в уголке крохотную циферку 2. Робкие люди за мной не проронили ни слова, они покорно ждали своей очереди. Сжимая листочек, я принялась искать второй кабинет. Пришлось пройти длинный кишкообразный коридор. Дверь нужной комнаты оказалась последней, ее украшала табличка "Онколог Шаранко".
   Просидев в очереди около двух часов, я попала наконец в руки докторицы. Маленькая, личико в красных пятнах, одни очки на носу, и еще две пары лежат на столе.
   - Ну! - мило обратилась она к больной. Наверно, в диспансере это приветствие такое, вместо "здравствуйте". Я отдала бумажку. Докторша подняла маленькие глазки:
   - Ну?
   - Что? - растерялась я.
   - Ну? - повторила эскулапша. - Так и будем сидеть? На лбу-то у вас ничего нет, раздевайтесь!
   Я вылезла из кофты. Не помыв рук, онкологиня потрогала шишку и вынесла вердикт:
   - Рак кожи, меланома, идите сдавать пункцию в процедурный кабинет.
   Ноги подкосились, и в ушах зазвенело. Меланома! Самый страшный на сегодня вид рака, практически не лечится, медленная, тяжелая смерть!
   - Что сидите-то, - проворчала врачиха, - топайте в пятый кабинет, да скажите в коридоре больным, что полчаса приема не будет. Хочу чаю выпить, а то ходят толпами, надоело.
   Я вывалилась в коридор и трясущимися пальцами принялась тыкать в кнопки телефона. По счастью, сын оказался дома. Услышав ужасающие новости, он строго приказал:
   - Жди, никуда не двигайся.
   Я рухнула в продавленное, ободранное кресло и закрыла глаза. Сейчас приедет Аркашка, сейчас он что-нибудь придумает, сейчас все будет хорошо. Кто-то произнес:
   - Вам плохо?
   Я разлепила веки. Из соседнего кресла мне улыбалась милая молодая женщина в аккуратном парике.
   - Вам плохо? - повторила она. - Не отчаивайтесь, сейчас рак лечат. Вот, посмотрите на меня. Сделали три операции, и здорова абсолютно. Сегодня последний раз капельницу поставят, и все. А что облысела, так это ерунда.
   - Как облысела? - ужаснулась я. - Это что, обязательно - лысеть?
   Милая дама вздохнула:
   - Меня зовут Катя, а вас?
   - Даша.
   - Дашенька, поглядите вокруг.
   Я осмотрелась. Действительно, почти все женщины в паричках, кое-кто в платочках, несколько стриженных под бобрик девушек.
   - Последствия химиотерапии, - пояснила Катя, - зато все живы. А волосы не зубы, вырастут. У вас что?
   - Меланома, - дрожащим голосом пробормотала я, - вот только что доктор посмотрела и сказала.
   - Шаранко?
   Я кивнула.
   Катюша заулыбалась:
   - Не пугайтесь, так диагноз не ставят. Сделают пункцию, да и она на сорок процентов врет, не отчаивайтесь. Шаранко совсем слепая и дура. Недавно в регистратуре карточки перепутали, так наша доктор принялась было больную от рака печени лечить. Назначила уколы, хорошо, пациентка опытная, не первый год сюда ходит. Вовремя заметила и напоминает: "Доктор, у меня рак молочной железы".
   - Зачем же она меня так сразу огорошила?
   - Господи, - всплеснула руками Катюша, - я же вам сказала, она - дура. И вообще, здесь с нами так разговаривают! Мне в прошлом году химиотерапевт прямо заявила: "Вам две недели жить осталось". И что? Совершенно здорова. Так что не верьте им, лучше садитесь спокойно и ждите пункцию. Здесь по двое запускают. Вот вместе и пойдем - я на капельницу, вы на укол.
   От сердца чуть-чуть отлегло, и я вздохнула. Вдруг в коридоре возникло оживление. По грязному линолеуму чуть ли не вприпрыжку бежала неприветливая старуха из регистратуры.
Быстрый переход