– Если бы мы пожелали, то могли бы захватить весь этот город, – процедил он. – Мы могли бы заставить китайцев подписать еще один договор и отдать нам всю землю. Мы воздерживаемся от этого только потому…

– Эй! – На другом конце прохода появился полицейский и засвистел в свисток. – Что тут происходит?

Венедикт убрал нож и дернул подбородком в сторону.

– Вали отсюда.

Француз фыркнул и, важно вышагивая, удалился. Убедившись, что потасовки не будет, полицейский тоже ушел. Венедикт остался стоять в проулке, кипя от злости. Несколько месяцев назад такое было бы немыслимо. Официальные лица иностранных кварталов, иностранные торговцы, иностранцы вообще – они стали сильнее только потому, что ослабели банды. Эпидемия помешательства косила их членов, рвала иерархические цепочки, расшатывала их структуру.

Эти пришельцы с Запада – стервятники, настоящие стервятники: и англичане, и французы, и все остальные. Стервятники, вьющиеся над городом и ожидающие наживы. Русские приехали в Китай, чтобы научиться, как здесь принято вести дела, и преуспеть. А эти иностранцы сначала улыбались, глядя на преступления банд, а теперь наблюдали за их медленной гибелью, понимая, что скоро настанет их время. Надо только дождаться, когда эпидемия помешательства заберет побольше жизней, когда город окончательно расколют политические распри – тогда можно будет поживиться. Им даже не нужно убивать самим, достаточно просто подождать.

Венедикт покачал головой и вышел из проулка.

Венедикт покачал головой, отряхнул свои мокрые брюки и опустился на корточки.

– А как дела у тебя? Ты видел что-нибудь интересное?

– Ну, чудовище тут не появлялось, но среди ужасной скуки, которая изводила меня в твое отсутствие, я приметил… – Он показал рукой вперед, как бы призывая приятеля самостоятельно делать выводы.

– На что именно мне нужно смотреть?

Маршал хмыкнул и повернул голову Венедикта, чтобы изменить направление его взгляда.

– Вон там, в левом нижнем углу балкона.

Венедикт с шумом втянул в себя воздух.

– Увидел?

– Да.

Рядом с левым нижним углом балкона на выступе стены виднелись следы когтей.

Глава двадцать девять

Солнце зашло полчаса назад, и за это время небо из красного успело стать чернильно-черным. На город к тому же опускался клочковатый туман, но Джульетта не знала, когда именно это началось, просто, глядя на окутанные мглой светящиеся голубые буквы МАНТУЯ, она понимала, что в воздухе полно мелких капелек воды, а когда дотронулась до своего лица, на ее пальцах осталась влага.

– Лично я ожидала чего-то более непотребного, – заметила Джульетта.

– А я – стрельбы, – отозвался Рома.

«Мантуя», заведение, которое сочетало в себе бордель и бар, находилось точно на разграничительной линии между территориями Алой банды и Белых цветов. Это было одно из самых опасных мест в Шанхае, но, как ни странно, именно здесь совместное появление Ромы и Джульетты было наименее рискованным. В любую минуту здешние посетители могли сцепиться и начать убивать друг друга, а обслуживающие их проститутки могли выхватить пистолеты и открыть стрельбу, или бармен мог разбить бутылку и напасть на кого-то из клиентов. Именно за постоянное ощущение опасности завсегдатаи этого гадюшника и любили «Мантую». Но никто бы не поверил, что Рому и Джульетту видели вместе в таком месте.

– Насколько мне известно, за последнюю неделю здесь произошло по меньшей мере пять стычек, – буднично сообщил Рома. – А муниципальная полиция пытается устраивать рейды на это заведение примерно дважды в месяц.