Я снова обернулся к Ронни Нилу:

– Увидимся в номере.

Ну вот и все. После этого мы спокойно ушли.

Мы прошли мимо стойки регистрации, за которой стоял Самин, с любопытством проводивший нас взглядом, а затем вышли к бассейну. Мы с Читрой не сговариваясь рассудили, что Ронни Нил сюда за нами не пойдет. Я задержался на секунду, чтобы выбросить «Спрайт» и взять вместо него из холодильника парочку банок с пивом. Одну банку я отдал Читре, а вторую открыл. Откровенно говоря, по вкусу пиво не слишком отличалось от «Спрайта», но все равно я почувствовал себя намного лучше. Впервые в жизни у меня по-настоящему возникла потребность выпить, как это бывает у взрослых мужчин.

Я был гораздо спокойнее, чем ожидал, – и, возможно, гораздо спокойнее, чем следовало. Сердце в моей груди колотилось, руки все еще тряслись, но мне было все равно. Благодарное тепло, которое излучала Читра, ее многозначительное молчание, выражение облегчения на лице и веселая улыбка – все это действовало на меня, как маятник гипнотизера.

Мы прошли мимо бассейна и вернулись в мотель. Я не очень понимал, куда именно мы направляемся, и был уверен, что Читра тоже не вполне отдает себе в этом отчет. В этой части здания книготорговцев не было. Мы поднялись по лестнице, вышли на балкон второго этажа и перегнулись через перила, выкрашенные белой краской, сквозь которую там и тут проступала ржавчина. Пройдя вдоль балкона, мы остановились у того места, где балкон поворачивал, следуя бумерангообразному изгибу здания. На углу стояло еще два торговых автомата – один с едой, другой с напитками. Рядом тарахтел автомат со льдом.

Читра снова прислонилась к светящейся поверхности торгового автомата, а я, как Ронни Нил, склонился над ней, только на сей раз она улыбалась. Она взяла мои руки в свои.

– Ты очень умный, – сказала она.

– Это точно. А вот ты что делала за кустами с этим идиотом?

Читра рассмеялась, и ее карамельная кожа потемнела от румянца.

– Он сказал мне, что в том автомате есть какие-то индийские напитки. Поверить не могу, что купилась на это.

– Да уж, я тоже.

Она снова рассмеялась:

– Знаю, это звучит глупо. Но все-таки хозяева мотеля – индусы, так что всякое могло быть.

– В общем, да, – согласился я. – У них в холле даже стоит какая-то фигура, похожая на индуса.

Читра продолжала смеяться:

– Ну ладно, перестань надо мной издеваться.

– О'кей, – согласился я, – попробую.

Мы долго стояли в молчании, смотрели друг другу в глаза и улыбались. Я понимал, что должен ее поцеловать, но она все-таки была родом из Индии, и откуда мне знать, как у них там все происходит? Вдруг я ее этим обижу? Может быть, она даже не думает о поцелуе, а просто выполняет какой-нибудь таинственный индийский благодарственный ритуал? И если я его нарушу, она решит, что я ничем не лучше Ронни Нила, и возненавидит меня?

Но потом вдруг ладони ее поползли выше по моим рукам, по предплечьям и стали нежно гладить меня. Я сделал шаг вперед, Читра потянулась ко мне, коснулась ладонями моей шеи, притянула меня к себе и поцеловала.

Губы у нее были теплыми и мягкими, и я чувствовал, как ее дыхание щекочет мне рот, завиваясь в крошечные вихри. Потом она слегка отстранилась от меня и улыбнулась.

Кажется, я ждал чего-то более страстного – объятий, рвущейся одежды и так далее. Но теперь на душе у меня было сладко и безмятежно, и мне это нравилось.

– Я очень рада, что именно ты меня спас, – сказала Читра. – Мне бы очень не хотелось целоваться со Скоттом.

– Мне бы тоже очень не хотелось, чтобы ты с ним целовалась.