– Ну ладно, – сказал Мелфорд, – пошли-ка мы отсюда к чертям собачьим.

Мы решились поделиться впечатлениями только в его «датсуне».

– Ну все, я пропал, – сказал я.

И у меня действительно было такое чувство, что я пропал. Мне казалось, что я лечу в глубокую пропасть. Как будто я падаю с неба, и остается только одно: ждать, когда я ударюсь о землю.

– Не думаю.

– Да что ты? И почему же? – Голос мой начинал срываться на крик. – Почему, скажи мне?

– Потому что ребята, к которым попала твоя улика, – крутые уголовники, вот почему. А крутые уголовники обычно мало беспокоятся о соблюдении законов – они их обходят стороной. Вот так-то, Лемюэл. Они не будут ничего доискиваться. Они даже не посмотрят на корешки, потому что им все равно, на чье имя были выписаны все предыдущие чеки.

Ну да. Не считая того, что Игрок наверняка заметит корешок от чека, выписанного для «Пути к просвещению». Да он сразу же его заметит. И легко выяснит, для кого он был выписан. Вопрос в том, заподозрит ли Игрок здесь что-нибудь большее, нежели простое совпадение. Вряд ли он помнит меня в лицо, но в любом случае ему скорее всего и в голову не придет, что я могу иметь ко всему этому какое-то отношение. Тем не менее я чертовски испугался. Но рассказать Мелфорду об Игроке не решился. А вдруг Мелфорд рассудит, что если я как-то связан с одним из этих крутых уголовников, значит, на меня полагаться нельзя? И тогда очень может быть – даже очень может, – что он все-таки убьет меня, просто в целях безопасности.

Но было еще кое-что, чего я никак не мог понять.

– Так они что же, не были женаты? – вслух спросил я.

– Что?

– Эти двое, которых ты убил, Ублюдок и Карен. Они не муж и жена. И детей у них не было.

– Ну да. Мог бы меня и раньше спросить, я бы тебе сказал, – ответил Мелфорд.

– Зачем же они мне наврали?

– Не знаю. Какая-то хрень тут творится. Все гораздо сложнее, чем я думал.

– И зачем копу прятать тела людей, которых ты застрелил? О чем они вообще говорили? Что это за дело, которое Ублюдок проворачивал на стороне? О чем вообще речь? И что за деньги пропали?

– Понятия не имею, – ответил Мелфорд.

– А что это за «Медицинская компания Олдгема»? – снова спросил я. – У этих ребят были какие-то кружки и еще что-то с такой надписью. Ублюдок мне сказал, что не знает, откуда они. Но подозреваю, он и тут соврал.

Мелфорд только головой покачал:

– Ну, я уж точно ничего об этом не знаю.

Я внимательно посмотрел на него. Да, Мелфорд тоже соврал. Я не смог бы объяснить, с чего я это взял, но был абсолютно уверен, что прав. Всю ночь мы с ним проговорили про всякие сложные вещи, но теперь в тоне Мелфорда появилось нечто такое, чего я прежде не слышал, – какое-то напряжение. Чем бы там Ублюдок ни занимался – Мелфорд знал об этом наверняка.

– Интересно, что это был за парень? Тот, другой, который пришел вместе с копом.

Я ничего не ответил. Сердце у меня колотилось и в висках пульсировало. Мне очень хотелось обо всем ему рассказать, как будто в происходящем была большая доля моей вины. Но я промолчал.

– Может быть, просто какой-нибудь наемный головорез. – Этими словами Мелфорд избавил меня от необходимости отвечать на его вопрос. – Но знаешь, в чем беда? Боюсь, нам придется выяснить, что это была за женщина. Я имею в виду третье тело.

– А какая нам разница? – спросил я.

– А такая, что если все пойдет не по-нашему и эти парни решат рискнуть и привлечь на свою сторону закон и если этот коп найдет нас с тобой и арестует, у нас будет оружие против него.