|
Судьба причудливо распорядилась так, что свое открытие, имеющее отношение к зарождению христианства, Дево-Деверо совершил в Соединенных Штатах. По его мнению, списки Евангелия были перевезены первыми его исследователями, тамплиерами, за океан, в дебри Северной Америки, где сохранялись в тайне, может быть, вместе с величайшим сокровищем из всех существующих — мощами самого Иисуса Христа. Миф это или реальность, но в любом случае тут было над чем задуматься. Открытие Дево-Деверо в конечном счете повлекло за собой договоренность о встрече, но на нейтральной почве. Бывший ватиканский историк превосходно понимал, что его информация и его доказательства столь же ценны, сколь и опасны. Встреча должна была состояться в Нассау на Багамах, куда обе стороны могли без труда прибыть на борту французского пассажирского лайнера «Иль-де-Франс», ныне переименованного в «Звезду Акосты». Дево предстояло встретиться с ученым епископом по имени Август Принцип из папского Института библейских исследований в Риме. К сожалению, вскоре После отплытия с Багамских островов на борту возник пожар и корабль затонул. Бывший священник и епископ Принцип погибли, унеся с собой в глубины океана тайну Евангелия от Люцифера. Факты, связанные с этой историей, проверяли сначала Вергадора, а потом Симпсон — и оба признали многое бесспорным: действительно имел место трехсторонний обмен шифрованной корреспонденцией между школой в Иерусалиме, секретариатом Ватикана и человеком, которого в Лоуренсе, штат Канзас, знали как Питера Деверо, и «Звезда Акосты» действительно затонула где-то в Карибском море в четверг, 8 сентября 1960 года, в 11.22 пополудни, причем человек по имени Питер Деверо числился в списке пассажиров. На этом все и закончилось. История, которая началась в горячих песках Ливийской пустыни, обрела последнюю главу в сине-зеленых водах Карибского моря: путешествие длиною в две тысячи лет и в четыре тысячи миль. И весь этот путь, как многие пути, которыми шествовали сопричастные словам и деяниям богов, был обильно орошен кровью и виновных, и невинных. Остальная часть дороги из Лиона в Париж прошла без происшествий. Поезд прибыл на лионский вокзал точно по расписанию, и безупречно вежливый парижский таксист провез их через город к Пти-Пон, переправил с острова Сите на левый берег и высадил перед пятиэтажным отелем «Нормандия» на рю де ла Гашетт, узкой, неприметной улочке рядом с площадью Сен-Мишель, где все выглядело так, будто не особо изменилось со времени Наполеона или, по крайней мере, с тех пор, как немецкие солдаты, получив отпуск в Город света, бродили по длинному кварталу в поисках местного колорита. Здесь находились мясные магазины, булочные, табачная лавка, два других отеля того же класса, что и «Нормандия», место, где продавали ортопедические принадлежности, и множество других мелких заведений, какие можно встретить в любом квартале. В кафе «Сен-Мишель» на углу они подкрепились, запив приличный обед бутылочкой дешевого вина, а потом, измотанные, разошлись по своим комнатам. На следующее утро с помощью телефонного справочника и карты они выяснили, что канадское посольство на авеню Монтень находится на приемлемом расстоянии и до него можно дойти пешком. Путь их под лучами утреннего солнца пролегал по мосту Инвалидов через Сену, к Елисейским полям и дипломатическому кварталу близ авеню Фош. Посольство оказалось скромным ансамблем из трех зданий эпохи Наполеона III на приятной, обсаженной деревьями улице, и возле него, во всяком случае на виду, не маячили обряженные в красные мундиры сотрудники Королевской конной полиции. Не без робости Финн и Хилтс решились зайти внутрь. Интерьер в связи с деятельностью Усамы бен Ладена, видимо, претерпел некоторые изменения, однако в конечном счете все свелось к недолгому ожиданию на пластиковых стульях, предъявлению имевшихся документов и оплате консульского сбора. |
