— Ох, спасибочки, Лёшка! Ты даже не представляешь, на что эта штука способна, — довольно улыбнулась Настюха. — Только помогите мне его поднять. Тяжёлая, зараза.

Я подхватил увесистую манорубку, установил на столешницу рядом с холодильником.

— Дай-ка я догадаюсь. Она рубит мясо и делает фарш, — с улыбкой произнёс я, и Пуля хохотнул от моей удачной шутки.

— Ты чего разоралась, Анастасия? — проворчал заспанный Захарыч, появляясь на кухне, затем уставился на манорубку. — А, пПонятно.

— Не только фарш, Лёша, а ещё и домашние сосиски, и купаты, и рулетики заворачивает, — довольно сообщила Настя, осматривая прибор.

Я только сейчас понял, что в состав манорубки входит не только цилиндр для фарша. Настя разложила ещё несколько съёмных насадок и довольно потирала ладони.

— Ну всё, на вечер будут домашние сосиски, — сообщила она.

Я обрадовался, как и остальные. Если честно, не пробовал этот продукт в домашнем исполнении, так что было любопытно.

Не прошло и минуты, как мои коллеги заметили мой подарок Долгопрудному. Началась оживлённая дискуссия, на которой Захарыч предложил выпить содержимое ножен, а залить туда обычной водки. Но затем он рассмотрел эмблему «Империум» сбоку, и взгляд его потух. Да и вспомнил он о проигранном споре.

Попив чая с печеньем я отправился в фамильный дом. Принял душ, выбрал чёрный костюм на выход, и в «Пульсе» написал Софье, напоминая о дне рождения своего соседа. Державины точно собираются на эту днюху, я в этом был уверен.

«Это просто прекрасная новость! А я ведь не хотела идти! Теперь точно пойду», — прочёл я сообщение от Державиной. И следом пришёл смайлик с сердечком. Я ответил так же.

Через пару часов я прошёл через калитку к соседу в сопровождении Пули, Насти и Захарыча. Захарыч где-то откопал клетчатый костюм, в котором он выглядел довольно неплохо. Вот только бабочка, которую он нацепил, была лишней. Настя в светло-бежевом обтягивающем платье, а лицо с лёгким макияжем сияет от предвкушения праздника. Пуля в строгом сером костюме.

Здоровяк прыснул, посматривая на пожилого лекаря.

— Захарыч, ты похож на циркача, ну правда! — загоготал Пуля.

— Да я так и знал, что ты нечто такое ляпнешь! — воскликнул старик. — Значит я клоун, по-твоему⁈

— Я не говорил, что клоун. Там ведь есть ещё этот… ну, кто объявляет, — задумался Пуля. — Шпрехштран… блин, как его…

— Шпрехшталмейстер, — вспомнил я.

— Ну вот, кстати, да, — закивал Пуля.

— И трезвым не выговоришь, — проворчал Захарыч. — Да уже похрен. Мне эта штука горло сдавливает.

Старик одним резким движением сорвал алую бабочку и спрятал в кармане. Затем посмотрел на поместье Долгопрудных и вытаращился, будто разглядел стадо монстров.

— Ох ты ж, ёкарный бабай… — выдохнул он.

Да и я замер от неожиданности, глядя в сторону собирающихся аристократов. Такого креатива от Долгопрудного я не ожидал.

Глава 17

Впереди на газоне раскинулась огромная трёхэтажная беседка с механическим лифтом, балконами и открытой площадкой наверху.

Настюха только и делала, что охала от восхищения, Захарыч как всегда ворчал о том, что буржуям некуда деньги девать. Ну а Пуля лишь радостно потирал руки в ожидании вкусных блюд. Казалось, что его нисколько не тронуло это чудное сооружение.

По мере того как я приближался к строению, стало понятно, что на первых двух этажа зона отдыха со столиками и удобными креслами, которые уже заняли пожилые аристократы.