— Но какая красота. Согласны со мной? — Долгопрудный провёл рукой табличке с клавишами. — Всё это чудо вместе с беседками мой отец прислал из Франции.

— Во французской губернии научились делать лифты? — удивился Захарыч.

— Нет конечно, — засмеялся Долгопрудный. — Там одно лишь дерьмо, мухи и мычащая скотина, как любит говорить мой папенька, когда примет на грудь. Из Пятого рейха оборудование пришло, собирали уже здесь. Просто во Франции их склады находятся.

— И как вы такое чудо присмотрели? — поинтересовалась Настюха.

— Охотно объясню, солнце, — улыбнулся ей княжич. — Мне давно приглянулись эти сборные строения, вот и заказал. Кстати, ни у одного аристократа в Москве такого нет. Ноу-хау.

— Удивительно, ага, — закивал Пуля, посматривая в сторону фуршетных столов. Мы как раз поднялись на третий ярус. Площадка вздрогнула, остановилась, перила опустились, давая нам возможность перейти к площадке, где уже собрались больше двадцати аристократов.

Погрузившись в лёгкий гомон голосов и смешки, хихиканье барышень и громкие голоса их кавалеров я подошёл к большому длинному столу, заставленному разнообразными блюдами. Тут и запечённая утка в белом соусе, и морепродукты, и закуски на шпажках. И как же без чёрной и красной икры, которые как лежали отдельно в небольших чашках, так и покрывали тарталетки с различной начинкой.

— О, вот это омары! — услышал я хохот Зинаиды. Она подошла к столу в компании Эдика, который потянулся к большому блюду с крупными красными панцирями.

— Это омары, Зин, — улыбнулся я ей, кивая, и Артишок охнула, заметив меня. Она сделала реверанс, чуть не запуталась в платье и в последний момент схватилась за локоть барона Хлебникова.

— Омары, крабы… А по мне один хрен, — хихикнула Зина.

— Зинаида, потише, а то у княгини Елисеевой случится инфаркт. Она недалеко от нас. Дама очень тонкой натуры, — предупредил её барон, кивая мне в знак приветствия.

— Ой, да у меня вырвалось, Эдичка. Прости, — расплылась в улыбке Артишок.

В стороне я заметил и графиню Оболенскую. Девушка с утиными губами злобно посматривала в сторону Зины, что-то бормоча своему плечистому кавалеру. Тот лишь кивал и недоумённо посматривал то на Эдика, то на Артишок, которая уже вовсю уплетала лобстера.

— Хватит лопать, ты не один, — прошипел на Пулю Захарыч. Тот уже доедал утиную тушку, перекладывая себе в тарелку два приличных стейка.

— Да Захарыч, тут столько вкусного. Сам не ешь, так другим не мешай, — буркнул здоровяк, но аппетит умерил.

— Доброго дня, барон Логинов, — услышал я сладкий шёпот над ухом. — Как настроение?

— Заметно улучшилось, когда услышал твой голос, — ответил я, обернувшись.

Передо мной стояла Софья в обтягивающем великолепную фигуру белом платье с поблёскивающими значками.

Похожие я видел на постельном белье на одном из рекламных видео-экранов Москвы. Видно, это символ успешности или что-то вроде того. Надо будет подробней узнать, что это.

Державина встала рядом, даже слишком близко. Она потянулась к далеко стоявшему блюду с закусками и прижалась ко мне бедром.

— Я могу тебе подать, — предложил я.

— Да, если не сложно, — слегка покраснела княжна, таинственно улыбаясь.

Я поднял блюдо, когда к нему ещё кто-то потянулся.

— Уважаемый, прошу вас, постойте, — попросил аристократ.

— Конечно, пожалуйста, — я дал возможность забрать несколько закусок, затем встретился взглядом с тем самым краснолицым барончиком, который попался мне на рынке сегодня утром.