Пока она рассказывала, Пуля чуть слюной не изошёл, а Захарыч сообщил, что будет помогать, хитро улыбнувшись.

Я же, пока готовилось главное блюдо дня, отправился на территорию. А там было на что посмотреть. Абдула уже добил последний метр дорожки неподалёку от калитки к поместью Долгопрудных. Я подошёл к нему, когда он собирал инструменты. Араб довольно улыбался.

— Алексея Михайловича, я справиться! — воскликнул он, довольно цокая. — Отличный дорожка, просто восхитительный.

— Абдула, просто шикарно. Слов нет, — я присел на корточки, провёл рукой. Идеально ровная поверхность, стыки ещё не успели остыть, поблёскивая остаточной магией.

— Аккуратней, хазяина! Запекаться швы, горясё! — забавно вытаращился на мои руки араб. — Иссё пять минута.

— Понял тебя, — я поднялся, доставая телефон, и перевёл сумму. Затем подумал и ещё добавил пятьсот рублей.

— Ох, второй оплата! — просиял араб. Он не верил своим глазам. Затем прослезился. — Ох, как я благодарить. Это… это прямо от душа. Но за что?

Он отвернулся, чтобы справиться с комом в горле. Видно проблемы финансовые он испытывает конкретные, раз так отреагировал. Тогда я вдвойне рад был ему помочь.

— Это премия, Абдула, — объяснил я. — За качество.

— Благодарить. Дай вам боги здоровья, — смуглый каменщик сложил ладони лодочкой. — Я тут подумать. Все, дорожка сделать. И хотеть на полную ставку в охрана. Устать возиться с камнем, задолбаться.

Я взял паузу. В целом, я ведь могу его задействовать на охрану яда. Слишком утомительно самому каждый раз сопровождать груз. Ведь объёмы растут, и скоро через день придётся Небуле выдавать порцию яда, а мне его сопровождать. Вот Абдула и поможет мне. И то, что он даст отпор любому, я не сомневался. Так что это отличный выход из положения.

— Тогда ты будешь не только поместье охранять, но и сопровождать ценные грузы в поместье Меньшикова, — сообщил я ему. — Очень почётная миссия.

— Ох, почётный миссия⁈ — округлил глаза араб. — Я согласиться! Конечно!

— И зарплату увеличиваю до четырёх тысяч, — добавил я, вызывая у араба очередной приступ радости.

Абдула будто зарядил меня своим настроением. С улыбкой я вернулся к гостевому дому, из кухни которого пахло так, что я ускорил шаг. Из окна уже доносились постукивания столовых приборов о тарелку.

— Лёш, ты где ходишь? — обратилась ко мне Настюха. — Садись, а то эти проглоты всё съедят.

— Угу, оч вкуфно, — с набитым ртом ответил Пуля, закидывая в рот очередной кусок лазаньи.

Да и Захарыч оперативно справился со своей порцией и уже тянулся к следующему куску на большом блюде.

Я решил не медлить и с удовольствием приступил к трапезе.

— Еда получилась даже лучше, чем ты описывала, — признался я, запивая ужин ячменным квасом. — И кстати, ты сегодня веселей, чем вчера.

— Да я тут подумала и решила не париться. Пошли они, эти князья… — хихикнула Настя.

— Я так и понял, — хмыкнул Захарыч. — Долгопрудный, значит, свалил без тебя на Волгу.

— Вроде того… трепался больше, — натянуто улыбнулась Настюха, вытирая руки о салфетку.

— Кто-то просто долго думал, — хохотнул Пуля.