— Разбудишь их. — Показал кивком себе за спину, где за сугробами уже давно не видно ни останков бедной свинки, ни спящих возле них сытых псов. — Они знаешь, вашего брата не любят. — Разведя руками, поведал. — Детская травма. А вы наверняка, знаете, как эти ужасные травмы опасны для неокрепшего детского разума. Их последствия жестоко уродуют психику, становятся причинами немотивированной агрессии и глубокой социопатии, уважаемый! Ну, зачем же вы убегаете?

Незнакомец развернулся и сейчас прежним курсом двинулся в снежную даль. Теперь более активно переставляя ноги, обутые в резиновые сапоги. Пришлось догонять.

— Позвольте вам заметить, — заявил Велес, стараясь поспеть за быстрым шагом незнакомца, — у вас очень длинные ноги. И, если вам не трудно, не могли бы вы сказать, неужели же вам не холодно на таком морозе в этих жутко неудобных, но, позвольте заметить, необыкновенно красивых, сапожках?

Незнакомец снова оскалился и зарычал, после чего почти побежал. Он бы побежал не почти, а в самом деле, да только снег пошёл совсем рыхлый и бедняга быстро провалился аж по пояс.

— Какая нынче отвратительная зима! Вы не находите? — Произнёс сталкер, усаживаясь прямо в снег, напротив незнакомца. Тот активно дёргался и пытался выбраться, но края снежной ямы обваливались, он сам провалился ещё глубже, а снег от яростных попыток выбраться стал совсем рыхлым и опорой служить уже не мог. — Печально, очень печально. Так как вы считаете?

— Да, — кивнул Велес недовольно рычащему парню (впрочем, может то девушка — так навскидку не скажешь даже), — согласен с вами, ужас просто, а не зима. Но незачем так нервничать. Сядьте, глубоко вдохните, вот так. — Он выпрямился и показал, как надо медленно вдохнуть, а потом так же медленно выдохнуть. — И всё, ваша истерика сразу же пройдёт. Правда-правда.

Незнакомец бултыхаться перестал. Замер, сверкая жёлтыми глазами. Ментальных атак Велес не ощутил, похоже, контролёр просто не знал, что делать и сейчас размышлял.

— С такой головой вам, наверное, очень удобно думать? — Владелец головы неуверенно приподнял губы, слегка обнажив клыки. Тут же передумал и снова попытался выбраться из снежной ловушки, осторожно двигая руками и ногами. Постепенно начал выбираться. — Вот видите, я же говорил: правильное дыхание, это тот самый путь к светлому будущему, который безуспешно искали в дни коллективизации. Дыхание — вот ключ к счастью, что, уже опять идти надо?

Контролёр не ответил, снова поспешно перебирая ногами, попытался убежать. Велес, с грустью вздохнув, двинулся по снегу, в туже сторону.

— А так, знаете ли, хорошо пошёл разговор, а у вас вот времени нет, спешите куда-то. Но ничего страшного, поверьте мне уважаемый, мы сможем мило побеседовать и на ходу. Если конечно, вы не против. — Контролёр яростно зарычал и попытался ударить рукой, на которой имелись внушительные когти. Велес увернулся. Правда, нелегко это было сделать, когда обе ноги по колено в снегу. — Вы так больше не делайте, прошу вас. Очень неудобно, знаете ли, двигаться при такой ужасной погоде. Предупреждаю вас, хотя мне это будет ужасно неприятно, но если вы продолжите в том же духе, я буду вынужден больно ударить вас в глаз. Вероятно в левый. Понимаете, я правша. А когда бьёшь справа, фингал обычно слева. Ну, вы меня понимаете.

Контролёр, зачем-то, тоскливо зашипел. По крайней мере, Велесу показалось что тоскливо. Да так, что его доброе сердце даже сжалось в отчаянном приступе довольно таки любопытных эмоций. Своими измышлениями о сути и природе таких эмоций, как хорошо воспитанный человек, он немедленно поделился со своим собеседником.