И Она замолчала на полуслове. Солдаты разом сглотнули, поняв намёк — по мнению Её, они перед Ней были жутко виноваты. Мало того, что носы воротят от Даров, так ещё и уничтожают их. В обще, все трое, несмотря на услышанные слова, ожидали немедленно смерти. Но Зона вновь заговорила с ними, и эти Её слова наполнили сердца людей надеждой.

— Что ж, сегодня я прощаю вас, но здесь и сейчас, принесёте вы дары Мне.

— К-к-какие? — Едва слышно, собственно, услышал только капитан и Она, проговорил парень, завязший в снегу подле домика.

— Рис есть? — Неожиданно, с почти человеческой интонацией, спросила Зона.

Сталкеры отрицательно помотали головами. Речевой аппарат у них заклинило, к ужасу добавилось недоумение, всё это перемешалось, и в головах наметился полнейший бардак.

— Очень жаль. — С оттенком грозным рекла Она устами мертвеца. Помолчав пару секунд, мертвец вновь открыл рот и вновь с интонацией, на этот раз непонятной. — А мягкая бумажка?

И вновь сталкеры помотали головами. Мертвец нахмурился, а электрические разряды затрещали громче. Вновь страх ледяной иглой коснулся сердец всех пятерых. Но Она смилостивилась, несмотря на то, что требуемых даров у них не обнаружилось.

— Таково решение моё. Внимайте и следуйте ему, иначе найду вас, ведь я видела лица двоих, — при этих словах капитан практически позеленел и едва не лишился чувств, пленный тихо застонал и вырубился, растянувшись в снегу, — легко я найду и остальных, пока в пути будете вы. Сейчас оставьте всю поклажу свою здесь, у ног мёртвого, что стал устами моими. — Попытки выбраться из снежного плена солдаты предприняли, но все оказались неудачными и Она сказала им:

— Просто оставьте всё, что отягощает ваши усталые плечи и идите прочь, возвращайтесь туда, откуда пришли. — Капитан первым бросил оружие и расстегнул куртку. Мертвец тут же заговорил вновь. — Оружие и костюмы свои, оставьте себе. И то, что в карманах тоже оставьте. — Поспешно добавил покойник, когда Капитан выбросил на снег смятый, наверняка, ужасно грязный носовой платок. — Лишь вещи свои, что за плечами несли, оставьте здесь, как Дар милости моей.

Почему-то никто из них не заикнулся о еде, но солдаты (Отмеченные Зоной — как их за сей момент, позже нарекут собратья) неожиданно получили внимание и заботу, от которых их пробрало дрожью. Сие так сильно помутило сознание бедняг, что им даже инстинкты выработанные годами жизни в Зоне отказали напрочь. Они не заметили ни скрипа снега, ни цепочки следов появлявшейся на снежном холме возле домика. Следы возникали сами собой и быстро продвигались к крайнему из людей. Вот-вот он должен был окончить свой земной путь в зубах химеры, либо на щупальцах кровососа. Но случилось чудо — мертвец простёр длань и тугая энергетическая струя, прочертив воздух над головами солдат, врезалась в невидимое существо. Воздух там мгновенно начал дымиться, завывать истошно, а следов появилось десятка три, да так их перемешало, что ещё до того, как монстр вышел из сумрака, стало очевидно, что бедняга яростно сучит ногами, перемешивая снег под собой, покрепче вентилятора. Спустя мгновение, весь обгоревший, совсем дохлый мутант, рухнул в снег. Кем он был при жизни, уже не ясно — слишком сильно обожгло бедолагу. Но факт остался фактом: Зона, Лично, спасла от смерти одного из них, а может и всех пятерых.

Она заговорила с ними ещё раз, последний раз в их жизни, они слышали Её голос вот так, почти напрямую, через уста человечьи.

— Ваше время ещё не пришло, вы умрёте испытанные мной, на тропах моих и не от голода, не из-за Гласа моего, а от гнева пространства моего.