Но сейчас цифровые стены бара заполнили образы усиливающегося извержения Рабаула, вытеснив собой спортивные состязания, каналы новостей и даже живую трансляцию работающего марсианского зонда Яна Моугана.

Алиса Сигурдардоттир протянула Джоан газировку.

— Тот молодой австралийский бармен — просто душка, — сказала она. — Волосы и зубы — просто умереть и не встать. Будь я лет на сорок моложе, я бы не стала сидеть на месте.

— Думаешь, люди напуганы? — спросила Алису Джоан, потягивая газировку.

— Чего: извержения, террористов? … В данный момент — возбуждены и испуганы. Это ещё может измениться.

— Да. Алиса, послушай, — Джоан наклонилась поближе. — Комендантский час из-за Рабаула, который наложила на нас полиция — официально заявляли, что пепел из Рабаула, смешанный с золой от лесных пожаров, прилетающей издалека, обладает некоторой токсичностью — это далеко не всё.

Алиса кивнула, её морщинистое лицо посуровело.

— Позволь догадаться. Страны Четвёртого мира.

— Они заложили вокруг гостиницы бомбы с натуральной оспой. Они так заявляют.

Лицо Алисы выразило сильнейшее отвращение.

— О, господи. Снова повторяется 2001-й, — она ощущала переменчивое настроение Джоан. — Послушай меня. Мы не можем отказаться от всего, что запланировали, из-за этих мудаков. Мы должны продолжать встречу.

Джоан оглядела помещение.

— На нас уже оказывают давление. Большинству участников потребовалось переступить через себя, чтобы просто сюда приехать. На нас нападали даже в аэропорту. Если посетителей охватит эта паника из-за оспы… Возможно, настроение сейчас слишком странное для того, чтобы, ты знаешь, начать сегодня вечером откровенный разговор.

Алиса накрыла своей ладонью ладонь Джоан; её ладонь была сухой и мозолистой.

— А легче уже вряд ли когда-нибудь будет. И твой разговор по душам — главный пункт сегодняшней программы, помни об этом.

Она протянулась и отодвинула от Джоан стакан газировки.

— Вставай. Начинай прямо сейчас.

Джоан рассмеялась.

— Ай, Алиса…

— Босиком.

Джоан представила себе, как среди темноты и опасностей леса Алиса подшучивает над каким-нибудь робким студентом, изучающим шимпанзе или павианов, но подчинилась. Она пинком отшвырнула обувь. И вскарабкалась с помощью Алисы на кофейный столик.

Ощущение сознательно совершаемой глупости захватило её. Когда сама её конференция находилась буквально под прицелом, как она могла даже подумать о том, чтобы вот так стоять на задних лапках и читать целой аудитории своих коллег лекции о том, как спасти планету? Но она это сделала, и люди уже смотрели. Она хлопала в ладоши, пока все собравшиеся не обратили на неё внимание.

— Народ, я дико извиняюсь, — нерешительно начала Джоан, — но мне нужно ваше внимание. Мы славно трудились весь день, но боюсь, что сейчас я не собираюсь отпускать вас.

Здесь мы должны обсудить воздействие человечества на окружающий мир на фоне нашего возникновения в эволюционном контексте. Здесь из нас всех подобралась уникальная группа — междисциплинарная, международная и влиятельная. Вероятно, никто из ныне живущих людей не знает больше, чем мы здесь и сейчас, о том, как и почему мы оказались в таком бардаке, который нас окружает. И потому у нас есть возможность — возможно, уникальная, которая, вероятно, больше никогда не представится — сделать нечто большее, чем просто поговорить об этом.