Москва, кольцевая дорога

    Агенты – особенно Молли – очень удивились бы, узнай они, что Палмер был прав. В обогнавшем их «форде» было наркотиков на сумму большую, чем годовой доход небольшого государства, причем не героина, а новомодных модификаций, с низким уровнем привыкания и исключительно сильным галлюциногенным эффектом – кито и латуоку.

    Созданные в две тысячи десятом в Японии, эти наркотики буквально захлестнули мир, утратив по дороге японское звучание и превратившись в обыкновенные «ки» и «ла». Принимающий наркотики мог бредить в любой момент, не опасаясь физической ломки – правда, о ломке психологической наркодельцы предпочитали умалчивать. Стоимость оборудования для производства отравы была довольно низка, а прибыли таковы, что «Золотой треугольник» уже начали называть серебряным – уж больно быстро вывозимые оттуда продукты теряли позиции на рынке наркотиков.

    В машине сидели четверо – квадратный, весь состоящий из мускулов (ну еще, конечно, из нижней челюсти) американец Фред, вечно задумчивый индус Сандип, менее квадратный, чем Фред, но все-таки очень спортивного вида Джон и Раби – самый маленький в компании, но, пожалуй, самый опасный, Раби был лидером группы.

    Они слушали радио – как, наверное, вся Америка, а то и весь мир – и вели неспешный и в общем-то безобидный треп. Темой трепа были вот эти самые горы, к неудивительно – после того как заказчик получит груз, четверка освободится… По крайней мере на месяц освободится. Они собирались использовать этот месяц сполна, вопрос был только – как именно. Фред стоял за активный отдых в барах и казино большого города, Сандип хотел гор и свежего воздуха, а Джон колебался, склоняясь на сторону Сандипа – он хотел порыбачить в здешних реках (мужики, а реки-то тут есть?). Раби послушал-послушал и положил конец дискуссии, заявив, что из предложенного Фредом плана съездить в Лас-Вегас ничего не выйдет – им было велено залечь на дно по крайней мере на месяц, значит, именно это они и сделают.

    – Плакал мой отпуск, – горестно произнес Фред, в то время как Джон и Сандип заулыбались.

    – Дай мне карту! – распорядился Раби.

    – Которую?

    – Ту, которая под солнечным щитком.

    Гангстер углубился в изучение окрестностей, водя пальцем по глянцевой бумаге. Мистическим образом палец приближался к маленькому кружочку, возле которою мелким шрифтом было написано «Серебряный».

    – Здесь.

    – Здесь – отдыхать? – Фред поглядел через плечо и выругался.

    – За дорогой следи давай!

    – Ну какой там отдых, – взмолился верзила, – там же НИЧЕГО нет!

    – Там есть горы.

    – Я и говорю…

    * * *

    Они остановились на очередном перевале и выбрались из машины, обозревая окрестности. Горы были хороши, покрытые лесом, постепенно сходящим на нет с ростом высоты, уступая место лугам, а над всем этим, в вышине… Сандип по-особому сложил руки и сделал глубокий вдох по системе йогов. Мгновением позже блаженная улыбка на его лице сменилась выражением крайнего недоверия.

    – Чем это так воняет? – осведомился он.

    Все могло бы получиться иначе, подержи Фред язык за зубами в течение следующих десяти секунд. Он не стал даже пытаться.

    – Точно! – радостно воскликнул он. – Воняет! Поехали отсюда, ребята! Я в Вегасе таких телок классных знаю…

    Он осекся, потому что Раби повернулся к нему, и выражение его лица не сулило любителю скотоводства ничего хорошего.