В Москве были буквально обескуражены бегством резидента в Испании. Однако сменивший его Эйтингон, взвесив все обстоятельства, предложил Центру продолжить работу с членами «Кембриджской пятерки». По его мнению, Орлов, находясь в США, не мог выдать их, не подвергая себя серьезному риску, поскольку в 1934–1935 годах находился в Англии по фальшивому американскому паспорту.

В 1953 году, после смерти Сталина, Орлов опубликовал книгу под названием «История сталинских преступлений». Отрывки из нее были напечатаны американским журналом «Лайф». Только после этого директор ФБР Гувер узнал, что в США в течение пятнадцати лет скрывался видный советский разведчик в ранге генерала. Начались допросы Орлова в ФБР. Однако он ничего не раскрыл, подтвердив на допросах только то, что ФБР и без него было известно.

Отметим, что Орлов знал имена многих советских разведчиков в различных странах мира. Например, когда в 1957 году в результате предательства был арестован нелегальный советский разведчик Вильям Фишер, назвавшийся при аресте именем своего покойного друга Рудольфа Абеля, Орлов в беседе с агентами ФБР подтвердил, что когда-то встречал Абеля в коридорах Лубянки и что тот работал тогда в транспортном отделе ОГПУ. Он не раскрыл подлинное имя разведчика-нелегала. Не назвал Орлов и хорошо известного ему Кима Филби, являвшегося в конце 1940-х годов представителем британской разведки при ЦРУ США, Иосифа Григулевича, работавшего в годы войны с нелегальных позиций в Латинской Америке, и многих других разведчиков.

Проживая в США, Орлов постоянно покупал и читал советскую прессу, включая газету «Правда» и журнал «Коммунист». Бывший разведчик не изменил своим идеологическим убеждениям, оставаясь лишь политическим противником Сталина.

В начале 1960-х годов по решению руководства КГБ СССР все претензии к А. М. Орлову были официально сняты и юридически закреплено отсутствие в его деле состава преступления. В вашингтонскую резидентуру из Центра ушло указание оставить Орлова в покое. А в разведке наряду с понятиями «предатель», «изменник», «перебежчик» появился термин «невозвращенец».

Орлов продолжал работать над мемуарами. Осенью 1969 года от сердечного приступа скончалась его жена. В марте 1973 года у Орлова была обнаружена серьезная болезнь сердца, он был помещен в госпиталь, где 8 апреля того же года скончался.

Борьба продолжается

После побега Орлова сменившему его резиденту Эйтингону пришлось работать в сложнейших условиях. Однако, приняв руководство резидентурой в критический для нее период, Эйтингон сумел обеспечить успешное решение основных оперативных проблем, которых становилось все больше и больше.

В целом резидентура продолжала функционировать более или менее нормально, хотя после бегства Орлова сохранялась нервозность, тормозившая инициативу и завершение ранее начатых дел. Не удалось избежать и крупных издержек. В частности, было прекращено осуществление тщательно разработанного Эйтингоном плана создания глубоко законспирированного агентурного резерва на перспективу в преддверии зримо надвигающейся войны СССР с гитлеровской Германией. Этот проект получил кодовое название «Новый набор». Его суть состояла в следующем: подобрать из бойцов интернациональных бригад около семидесяти человек, имеющих опыт подпольной работы и доказавших свою надежность и верность в боевой обстановке, обучить их надлежащим образом в специальной школе под Барселоной, а затем разослать в различные страны на оседание (главным образом европейские) в качестве нелегалов как задел разведки на военное время. К лету 1938 года эта работа шла полным ходом, но в ноябре ей был положен конец на том основании, что к ней имели причастность такие «враги народа», как Орлов, руководители внешней разведки Пассов и Шпигельглаз. Двое последних были расстреляны.