– День добрый! – подойдя, поздоровался Ян Викторович. – Я тут у вас, похоже…

– …сумку забыли? – Кротова сверкнула глазищами.

– Планшет.

– Вон, на столе, – показала Тая. – Не ваш?

– Мой. – Лесник довольно улыбнулся и шагнул под навес. – А я все думаю, где я мог оставить?

– Ян Викторович, с вами студенты наши хотели поговорить, – вспомнила Женька. – Про какие-то дальние хутора, заброшенные дере-евни… О-ох…

Потянувшись, девушка все же не удержалась и зевнула, поспешно прикрыв рот ладонью.

– Поспала бы, – хмыкнула пионервожатая. – Ян Викторович, вы нашим о лесничестве не расскажете?

– Вообще-то некогда… – Прищурившись, лесник добродушно развел руками. – Но что с вами делать? Расскажу. Только недолго если.

– Нет-нет, не долго, – поспешно заявила Тая. – Минут двадцать хватит вполне.

– Ну, если двадцать… А вы что в тишине-то, девчонки?

– Так в приемнике батарейки сели. – Женька повела плечом. – А пластинки Анна Сергеевна днем не разрешает – только вечером.

Ян Викторович расхохотался:

– О, как у вас! По-военному. А батарейки на почте местной есть.

– Слышала, Женечка? – оживилась Светка. – Говорю же, надо ехать! Ян Викторович, оставайтесь с нами обедать. Заодно студентов дождетесь… и Анну Сергеевну.

– Да неудобно как-то.

– Ничего неудобного, мы все одно сегодня на подножном корму – уха!

Пионервожатая тоже присоединилась:

– Оставайтесь, правда. К нам аспирант еще должен приехать. Из Ленинграда!

– Ну, раз из Ленинграда… тогда, пожалуй, останусь, – усмехнулся лесник. – Интересно на ученых людей посмотреть! Так и быть… Однако с меня тушенка!

– А вот это хорошо! Мы ее – с макаронами.

К обеду подтянулись и юннаты с преподавателями, и студенты.

– О, Ян Викторович! Очень приятно видеть! – заулыбалась Лиина. – Еще раз спасибо…

Лесник нахмурился и махнул рукой:

– Пустое!

– Ян Викторович, а дневной автобус в Лерничи примерно в котором часу приходит? – сменив рубашку и штаны на платье, спустилась с крыльца Анна Сергеевна, начальница. – Дело в том, что мы ждем научного сотрудника из Ленинграда.

– Рассказали уже! – Лесник взглянул на часы. – Обеденный уж часа два как пришел. Так, коли ваш аспирант на нем приехал, уже бы должен быть. Дорогу-то знает?

– Да встречают его.

– Ну, если встречают… Это не ваш гость, кстати? – Подняв вверх большой палец, Ян Викторович на миг замолчал и прислушался. – Эвон, сороки-то раскричались…

И впрямь через пару минут со стороны болота, из-за молодой березовой поросли показался молодой худощавый мужчина в походной брезентовой куртке и с большим портфелем странного рыжеватого цвета, потертым и довольно старым на вид. Портфель, серая фетровая шляпа, большие роговые очки – наверное, именно так и должен был выглядеть аспирант, человек ученый. Правда, вот рубаха на груди ученого человека оказалась разорванной – не хватало двух пуговиц, вырванных «с мясом», и еще на левой скуле расплывался синяк…

Следом за аспирантом шагал какой-то щуплый белоголовый подросток лет четырнадцати на вид.

– Станция юннатов – это здесь? – протирая очки, застенчиво осведомился мужчина.