— Это ты-то больной? — усмехнулся я.

Нужно было как-то разбавить мрачное начало Петровича.

— Не смейся. У меня вот полные карманы таблеток, между прочим!

Он пошарил по карманам, собираясь продемонстрировать мне их содержимое.

Зашуршали блистеры, судя по звуку там реально было много всего.

Петрович вытащил сжатый кулак разжал, продемонстрировал содержимое.

Таблетки от давления, статины от повышенного холестерина, анальгетики, спазмолитики. Чего там только не было. При виде синих таблеточек с буквой «V» я хмыкнул, а Оля стушевалась, покраснела.

Петрович заметил нашу реакцию, посмотрел на ладонь.

— Н-да, ну а что ты хотел. Старость, мать её!

— Убери. Я понял, что ты старый и больной… на голову… человек. Что дальше? Ты знаешь, что я имел ввиду, когда говорил о разговоре. Мне надо знать что будет дальше.

— А я не знаю!

Петрович спрятал таблетки обратно в карман и развел руками.

— Тебе надо пробираться домой. Я знаю, всецело поддерживаю. Если есть хоть малейший шанс — пробуй. Но нам проще быть здесь.

— Значит — нет?

— Да погоди ты! Не перебивай.

Он заелозил на стуле. Оля подошла к нему, обняла за плечи. Не то поддерживая, не то успокаивая.

— Оля хочет с тобой. У нее родня в Беларуси. Ты там не пойдешь, понимаю, проще через Казахстан пробираться и сразу на Алтай. Хотя что там сейчас творится, один чёрт знает. Но суть не в этом. Вот, с мысли сбил… Говорю же, старый стал.

Я молчал. Петровичу явно было сложно говорить, так что я старался просто слушать.

— В общем. Мы понимаем, что тебе надо домой. И будь у нас самих такая ситуация рванули бы не задумываясь. Так что мы тут посовещались и решили. Дойдем с тобой до Каира. Если сможем. Там уже решать будем. Понимаю, что это не то, что ты хотел услышать, но зато честно.

А что я, собственно, хотел услышать? Нам и до Каира, как до Луны пешком. Если ничего н придумаем, то путешествие в Россию останется лишь мечтой. Мои изначальные прикидки оказались очень далеки от истины. Это не просто идти пешком или даже двигаться по железке от Аддис Абебы до Каира. Тут каждый километр, каждый осколок можно месяц преодолевать.

Но даже союзники, идущие со мной до края Африки — это тоже союзники. Это накладывает определенные условия на прокачку, на распределение лута. Это в корне меняет подход к путешествию.

— Я рад, что вы со мной, — просто сказал я.

Оля подошла, обняла меня. Петрович сопел, но тоже пожал руку. Таха в это время отошла к окну. Стояла там, отвернувшись. Кажется, она переживала, что будет с ней.

— Таха, — позвал я девочку.

Она не ответила. Стояла, напряженно вглядываясь в темноту и даже не шевелилась.

— Таха?

— Я его чувствую, — сдавленно произнесла она. — Он там. Ахмед там.

Глава 9

Ночь шестая

Дариан бесцельно провел пятый день новой жизни.

Как и собирался он устроился у подножья холма в небольшом распадке. Здесь было больше места и не так жестко. Он натаскал срезанных веток кустарника, устроил лежбище. Ночью разводить огонь не рискнул, а утром проверил работу цилиндрика-зажигалки.

Кривые суховатые ветки горели плохо. Больше тлели. Зато и дыма не давали.

Дариан поискал еду поблизости, но ничего не нашел. Сжевал несколько листьев ката — полегчало. Сидя у крохотного костерка, он неожиданно для себя понял, что почти не ощущает запах дыма. Сначала решил, что раз ветки слабо дымят, то и запаха не будет, но затем принюхался. Навис над костром, втянул ноздрями теплый дрожащий воздух. Ничего. Слабый аромат горелой древесины, чуть дымный привкус тлеющих листьев.