Следы прежних жильцов ощущались повсюду — в картинках с видами баварских озёр и гор, украшавших лестницу, в готических надписях на дверях с площадки первого этажа: Raucherraum, Esszimmer, Bibliothek. Объявления и инструкции немецкой армии покрывали доску у стены. Сержант заметил, как Кэй разглядывает их.

— Простите за это, мэм, — сказал сержант, начиная снимать таблички. — Всё собирался заняться этим.

В большой комнате с окнами на улицу авиационный механик разливал чай. На столе под окном стояла банка сгущённого молока и две тарелки с бутербродами — с рыбной и мясной пастой, но на вкус они были неотличимы. Кэй стояла у окна с чашкой и блюдцем, разглядывая улицу. Напротив снова появился армейский грузовик — теперь он стоял у здания, похожего на банк.

— Ну же, Кэй, — сказала Джоан. — Не прячься в уголке. Пора познакомиться с остальными.

Она взяла её под руку и подвела к центру комнаты. Разговоры стихли, пять пар глаз уставились на Кэй.

— Это Джойс Хэнди… Барбара Колвилл… Глэдис Хеппл… Молли Астор… Флора Дьюар…

Кэй повторила имена, пожимая руки, пытаясь запомнить, кто есть кто. Все они были примерно её возраста и происхождения — образованные девушки из среднего класса, если не считать Флору, у которой был отчётливый шотландский акцент.

— Так ты та самая из Медменхэма? — спросила Барбара.

— Да.

— Значит, ты, должно быть, особенная.

— Почему?

— Нам пришлось оставить Эвелин, чтобы освободить место для тебя.

Вот почему они так недружелюбны. Ей и в голову не приходило, что ради её прибытия кого-то могут исключить из группы.

— Сожалею об этом, — сказала она. — Я не знала.

Флора с грустью в голосе и в своём абердинском акценте добавила:

— Бедняжка была ужасно расстроена. Ей не сказали, что она не едет, пока она уже не подошла к автобусу.

— Боже, как это подло!

— Ты математик, Кэй? — спросила Джойс.

— Нет.

— Но ты отслеживала вражеские самолёты?

— Боюсь, что нет.

— Ну тогда, — сказала Барбара с улыбкой, словно из битого стекла, — остаётся только заключить, насколько важно иметь друзей на высоких постах.

Друзья на высоких постах… Намёк повис в воздухе. Они знали. Или, по крайней мере, слышали слухи. Я должна держаться, подумала Кэй, иначе меня сомнут. Она ответила с показной любезностью:

— Что ж, Барбара — ты же Барбара, да? — это задание показалось мне таким гламурным — рыбные бутерброды в Бельгии зимой — что я, разумеется, задействовала все связи, чтобы сюда попасть.

Пара женщин тихо рассмеялась. Молли, обернувшись, сказала вполголоса:

— Они были ужасные.

Барбара нахмурилась:

— Думаю, они делают всё, что могут. У нас просто не у всех такой утончённый вкус.

Подошла флайт-офицер Ситвелл:

— Ну что, знакомимся?

Кэй, не сводя глаз с Барбары, ответила:

— Да, мэм. Очень активно.

— Простите, что прерываю, но пора приниматься за дело. Оставьте чемоданы и следуйте за мной.

Женщины поставили чашки и вышли вслед за Ситвелл вниз по лестнице, через улицу. Они шли друг за другом. Прямо как стая серых гусей, подумала Кэй. Прохожие останавливались, чтобы посмотреть. Одна пожилая женщина улыбнулась Кэй — она улыбнулась в ответ.

Банк, как и дом, был построен в XIX веке — фасад из тяжёлого серого камня. У входа стоял солдат. Они проследовали за лейтенантом внутрь и остановились на натёртом до блеска деревянном полу перед стойкой кассиров. Повсюду лежала пыль, воздух был затхлый.