Ты лучше дай нам их разгадку.

 Ко мне стеклась вся эта знать

 Одни загадки задавать.

 Скончался шут мой приближенный.

 Смени покойного у трона.

Мефистофель всходит по ступеням трона и становится слева.

Ропот толпы

 Вот новый шут — болтлив и смел —

 Тот был как чан — нам всем капут —

 На шею сел — пропал пузан, —

 А этот — жердь и тощ, как смерть.

Император

 Вы в добрый час сошлись у трона,

 Могу порадовать собранье:

 К нам звезды неба благосклонны

 И нам сулят преуспеянье.

 Но точно ль совещаться надо

 И портить скукой и досадой

 Приготовленья к маскараду?

 Вот этого я не пойму.

 Но раз вы заседать решили,

 Я неохоту пересилю

 И слушаюсь. Быть по сему.

Канцлер[116]

 Наисияннейшая добродетель

 Венчает императора. Лишь он,

 Верховной справедливости владетель,

 Осуществляет право и закон.

 Лишь он творит на свете правосудье,

 Которого так ждут и молят люди.

 Увы, все это попусту! К чему

 Душе беззлобье, широта уму,

 Руке готовность действовать и воля,

 Когда в горячке зла и своеволья

 Больное царство мечется в бреду

 И порождает за бедой беду?

 Лишь выглянь из дворцового окна,

 Тяжелым сном представится страна.

 Все, что ты сможешь в ней окинуть оком,

 Находится в падении глубоком,

 Предавшись беззаконьям и порокам.

 Тот скот угнал, тот спит с чужой женой,

 Из церкви утварь тащат святотатцы,

 Преступники возмездья не боятся

 И даже хвастают своей виной.

 В суде стоят истцы дрожа.

 Судья сидит на возвышенье,

 А рядом волны мятежа

 Растут и сеют разрушенье.

 Но там, где все горды развратом,

 Понятия перемешав,

 Там правый будет виноватым,

 А виноватый будет прав.

 Не стало ничего святого.

 Все разбрелись и тянут врозь.

 Расшатываются основы,

 Которыми все создалось.

 И честный человек слабеет,

 Так все кругом развращено.

 Когда судья карать не смеет,

 С преступником он заодно.

(После некоторого молчания.)

Я дело мрачно описал,

 Но ведь еще мрачней развал.

 Когда враждуя меж собою,

 Все ищут, на кого б напасть,

 Должна добычею разбоя

 Стать императорская власть.

Начальник военных сил

 Не стало мирного приюта,

 Везде усобицы и смуты,

 Нужна жестокая борьба,

 А власть верховная слаба.

 Мещане в городской ограде

 И рыцарь в крепости средь гор

 Отсиживаются в засаде,

 Оказывая нам отпор.

 Нетерпелив солдат наемный

 И требует уплаты в срок.

 Не будь за нами долг огромный,

 Все б разбежались наутек.

 Но берегись дразнить наймита.

 Не тронь осиного гнезда!

 Они разграбят города,

 Им отданные под защиту.

 Во многих землях бунт в разгаре,

 А где не буйствуют низы,

 Не замечают государи

 Над ними виснущей грозы.