Я взял автомобильный справочник и отыскал в нем буквы АРХ. Насколько можно было доверять справочнику, лошадиный фургон был зарегистрирован в Западном Суссексе. Если только номерной знак не фальшивый, при желании можно было разыскать владельца фургона. Минут пятнадцать я сидел и думал, потом завел мотор и поехал обратно в Мейденхед.

Город сиял огнями, хотя магазины были уже закрыты. Дверь полицейского участка была раскрыта настежь. Я вошел и спросил инспектора Лоджа.

- Его еще нет, - сказал полицейский у стола в углу, взглянув на часы. Было половина седьмого, - Но он должен быть с минуты на минуту. Подождите его, сэр.

- Вы говорите, еще нет? Вы хотите сказать, что он только сейчас начинает работу?

- Да, сэр. Он сегодня в ночной смене. По субботам вечера бывают трудные, - добавил он, улыбаясь. - Танцевальные площадки, рестораны, автомобильные аварии. - Я улыбнулся ему в ответ, сел на скамью и стал ждать. Через пять минут Додж вошел, быстро снимая на ходу пальто.

- Добрый вечер, Смолл, что нового? - спросил он полисмена.

- Тут вас дожидается джентльмен, - сказал Смолл, указывая на меня. - Он ждет всего пять минут. Лодж обернулся. Я встал.

- Добрый вечер, - сказал я.

- Добрый вечер, мистер Йорк. - Лодж пристально посмотрел на меня, но не выказал никакого удивления. Взгляд Лоджа задержался на воротнике моей сорочки, и его брови чуть заметно поднялись. Но он сказал только:

- Чем могу быть полезен?

- Вы очень заняты? - спросил я. - Если у вас есть время, я хотел бы вам рассказать… как я потерял галстук. - Посреди фразы я вдруг замялся, не решаясь сказать прямо, что меня избили. Так что Смолл окинул меня удивленным взглядом, явно подумав, что я спятил, если пришел в полицию, чтобы рассказывать инспектору, как я потерял свой галстук.

Но Лодж, умевший понимать с полуслова, сказал:

- Входите в мой кабинет, мистер Йорк. - Он прошел вперед, повесил на крючок шляпу и пальто и зажег газовую горелку, но ее раскаленные прутья не сделали более уютной эту суровую, наполненную папками комнату.

Лодж уселся за свой опрятный стол, а я, как и в прошлый раз, сел напротив. Он предложил мне сигарету и поднес зажигалку. Успокоительный дым проник мне в легкие, и я подумал: с чего же мне начать?

Я сказал:

- Есть у вас что-нибудь новее с позавчерашнего дня по делу майора Дэвидсона?

- Нет, боюсь, ничего. Теперь это для нас дело не срочное. Вчера мы обсудили его на совещании и консультировались с вашим старшим распорядителем. Есть решение следственного суда, и вашу историю считают плодом юного разгоряченного воображения. Никто, кроме вас, не видел проволоки. Желобки на столбе препятствия могли быть от проволоки, а могли быть и не от проволоки, а когда они появились, вообще не известно. Я так понял, что это довольно распространенная практика у служителей ипподрома - в промежутках между скачками натягивать проволоку между столбами, чтобы всякого рода любители из публики не прыгали через препятствия и не портили березовых брусков. - Он помолчал, а затем продолжал:

- Сэр Кресвелл сказал, что, по мнению некоторых членов Национального комитета конного спорта, с которыми ой беседовал, вы просто ошиблись. Если вы и видели проволоку, она, конечно, использовалась кем-нибудь из служителей ипподрома именно в этих целях.

- Они расспрашивали этого служителя? - спросил я. Додж вздохнул.

- Старший служитель сказал, что не оставлял проволоки на скаковой дорожке, но один из людей, состоящих у него в штате, очень стар и голова у него путаная, так что он не уверен, не оставил ли тот по забывчивости.

Мы смотрели друг на друга в мрачном молчании.

- Ну а сами вы что думаете? - спросил я наконец. Лодж сказал:

- Я верю, что вы видели проволоку и что майор Дэвидсон был с ее помощью сброшен на землю.