— Так и было, — буркнул я. — А отец где?

— Ну где он еще может быть? На совещании опять в правительстве. Там у них совсем жарко становится. Передел какой-то мощный идет, все как ошпаренные носятся. Подробностей я не знаю. Не интересна мне это тема. Но про твои успехи он уже получил вести, про Дикую Охоту.

— А что с Дикой Охотой? — насторожился я.

— Да брось, скромняга! — хлопнула меня по плечу сестра. — Сдал на лучшую отметку, да еще и с тремя плюсами! Отец по этому поводу тут такую пирушку проводил! С Щедриным со своим до утра пьянствовал. Горжусь за тебя, братик!

— Спасибо! — скромно ответил я.

— Застеснялся! — Ольга вновь заключила меня в свои крепкие объятия.

И вновь ее мягкие пышные груди прижались ко мне.

— А в семье какие новости? — поспешно отстраняясь от сестры, просил я.

— Ох, — вздохнула вдруг Ольга. — Разные новости. Пойдем ко мне, расскажу все подробно. Тут в двух словах не обойдешься.

Мы поднялись на второй этаж, но я отказался идти к сестре под предлогом усталости. Тогда Ольга пошла в мою комнату.

— Может, я один все же переоденусь? — проворчал я.

— Ой, да ладно! — махнула рукой Ольга. — Чего я там не видела?

— В смысле?! — выпучил я глаза.

— Ты когда совсем мелкий был часто по дому голый бегал, пипкой своей тряс! Ха!

— И что же, мне и теперь что ли значит можно бегать по дому голышом?

— Ладно, — сестра повернулась к стене. — Раз такой стеснительный стал, то отвернусь. В школе небось научился манерам? А насчет новостей, то много чего произошло. Отец исполнителя покушения нашел.

— Какого покушения? Это при котором…

— Да, когда тебя ранило.

— И кто же это?

— Не поверишь. Анфиса.

Я некоторое время стоял, соображая, так и не успев натянуть свежую футболку. Потом, когда сказанное наконец дошло до меня, почти закричал:

— Анфиса?!

— Ну да, — покачала головой сестра. — Удивился? Вот и я тоже удивилась когда первый раз услышала.

— Но ведь…

— Она его жена? Верно. Но только что это меняет? Все улики против нее. Она это все подстроила.

— Бред какой-то! Какие улики?

Этот вопрос смутил Ольгу.

— Я, признаться, и сама не знаю что за улики. Но какие-то вроде есть. Так отец говорит. Не раскрывает пока всего, тайна следствия, сам понимаешь.

— Зачем ей это делать? — продолжал я. — Наследство?

— Нет, в наследстве ее нет — об этом изначально говорилось, отец поставил ее перед фактом. Наследство уже давно все поделено, отец четко распределил кто будет наследником рода, а кому достанется компенсация. Мотив у Анфисы явно другой.

— Тогда что?

— А кто же его знает? Она молчит, вину не признает. Я всех подробностей не знаю, но вроде как есть подозрение, что работала она в интересах Герценых.

Я удивился еще больше. Что-то сказать не смог — эмоции переполняли меня через край.

— Думаю, ей просто очень хорошо заплатили эти Герцены чтобы она убрала папу, — подытожила Ольга.

— И ты в это веришь? — возмутился я.

— Верю, — кивнула Ольга, глядя на меня небесно-голубыми огромными глазами.