За спиной негромко беседуют. Там целая толпа. Невозможно управлять всей массой лично. Поэтому приходится иметь заместителей и помощников.

Командиры батальонов, эскадронов, три адъютанта, главный казначей, с десяток музыкантов. Охрана и носители флага — очень почетная, хорошо оплачиваемая должность, на которую назначают опытных ветеранов. Если дойдет до схватки, они встанут на защиту стяга, а не сбегут, несмотря на превосходство противника. Большинство скоро разойдется по своим подразделениям, но иногда поражаюсь количеству приписанного народа. И непременно конюхи, портные, оружейники и всякие разные сапожники.

Сверх военного комплекта несколько инженеров разных специальностей — от географов-картографов до мостовиков и дорожников. Специалисты по минералогии, ботанике, переводчики с нескольких языков аборигенов, хирурги, даже парочка журналистов.

А, признал по голосу. Жози Лобрано, майор, не местный, из Новой Галлии, и все пытается уточнить подробности. Он правда думает, что я не слышу, или специально рассчитывает произвести приятное впечатление, похваливая за поведение? Да, многих приходится сызнова учить простым солдатским навыкам, таким как ночевка под открытым небом. И офицеры в некоторых отношениях столь же тупы, сколь и подчиненные.

Никаких поблажек никто не получит, вне зависимости от доходов или родственников. Командир должен представлять собой образец для солдата… и подобно ему спать в палатке, а не таскать с собой кучу слуг и кровать с перинами. Всегда и везде старший по званию должен показывать пример и в первую очередь заботиться о рядовых. Если понадобится — объяснить им до боя важность действий. Каждый должен знать свой маневр. Но неисполнение приказа наказывается жесточайшим образом, и это касается любого. Вот такие простые принципы.

Не мешает еще проверить в деле, что за птица этот господин. У него в подчинении на три сотни человек восемь капитанов, восемь лейтенантов, восемь сублейтенантов и шестьдесят четыре сержанта с капралами. Каждый третий в строю начальник. Солдат почти не видно. Зато батальон по названию.

— А правда, — продолжает спрашивать, — что он в прошлом году давал деньги на карнавал Марди-гра?

— Говорят и такое, — дипломатично заявил Раус.

Кто-то из офицеров откровенно засмеялся. В принципе ни для кого не тайна, кто кому и что давал для шествия и декораций с костюмами. Тут все дело в том, что праздник простонародья. Данное мероприятие привлекало множество людей, будучи желанной альтернативой строгим старомодным балам. Но при этом в представлениях трупп участвовали нередко девушки весьма сомнительного поведения. Высшее общество демонстративно игнорировало происходящее, хотя видели многих людей из известных семей на улицах в дни карнавала.

— Но он же не католик!

А, вот и добрались до основного.

— Наш генерал абсолютно лоялен по отношению ко всем, независимо от религии и цвета кожи, — сказал жестко Раус.

— Это уж точно, — вполголоса добавил некто. — У него…

Что конкретно сказано, не донеслось из-за очередного гарканья марширующих. Но и так все ясно. Про Арлет и детей речь. Вот уж не из-за этого участвовал деньгами. Именно потому что для обычных людей. У них не много приятного в жизни, пусть порадуются, а к католицизму Марди-гра прямого отношения не имеет. Костюмированный бал для горожан.

Очередная команда, когда первый ряд последнего батальона достиг моего штаба, застывшего на пригорке рядом со знаменем.