|
Стоило бы как-нибудь скрасить ему это печальное существование. Конечно, она могла бы найти способ сделать его приемлемым. Тэмсин через стол бросила взгляд на его лицо. Отблески огня из камина озаряли его чеканный профиль, но не смягчали резких линий сжатого рта. Она вспомнила, каким он бывал, когда смеялся, охваченный искренним весельем, и как это было не похоже на его язвительный смех, который ей доводилось слышать в последние дни. Она вспомнила ту удивительную нежность, которую он проявил к ней на «Изабелле». Должно же было существовать что-то, чем она могла бы его смягчить.
— Если вы уже поели, я предлагаю ехать дальше. — Резкий голос полковника внезапно нарушил тишину, и Тэмсин вздрогнула, как будто ее застигли врасплох за мыслями о нем. — Я прикажу подать лошадей. Он отодвинул стул и встал. — Спускайтесь вниз, как только будете готовы. Дверь с грохотом захлопнулась, и они услышали, как его сапоги энергично — как и все, что он делал, — простучали по лестнице. Габриэль и Хосефа последовали за ним, а Тэмсин отправилась на поиски туалета. Когда пятью минутами позже она спускалась по лестнице в холл, до нее снизу донесся голос Джулиана. Тэмсин остановилась прислушиваясь. В его голосе прозвучали нотки, которых она прежде не слышала. Ледяная вежливость, вызвавшая у нее представление о замерзшей тундре. Она сделала еще шаг вниз, заметив, что почему-то ступает на цыпочках и почти не дышит, хотя сама не понимала почему. Она снова приостановилась на очередном лестничном марше, откуда хорошо просматривался холл внизу. Холл был темный, обшитый деревянными панелями, его мрачность несколько смягчалась светом масляной лампы, свисавшей с потолка. Джулиан разговаривал с человеком, которого она видела из окна. Без плаща он казался еще более массивным. Его живот так натягивал материю, что жилет, казалось, вот-вот лопнет, плечи вырисовывались буграми под курткой для верховой езды. И тем не менее, подумала она, он не кажется тучным, просто очень мощным и сильным. Рядом с ним даже Сент-Саймон казался невысоким и мелким, а Джулиан не отличался хрупкостью сложения. Но у поджарого и мускулистого полковника не было ни унции лишнего жира… Тэмсин постаралась отогнать от себя эти глупые мысли и подалась вперед, чтобы слышать, о чем они говорили. В тот момент, когда она наклонилась, седовласый мужчина поднял голову и увидел ее. Его черные глаза, казалось, уменьшились до размеров булавочной головки, и Тэмсин снова почувствовала покалывание в затылке, такое же, как прежде. Она стояла неподвижная, чувствуя себя как муха в тенетах паука под его холодным взглядом. В тени на лестнице Седрик Пенхэллан увидел Силию. Серебристые волосы, огромные темные глаза, полный чувственный рот, слегка приоткрытый, грациозная стройность. Но Силия умерла. Силии не было на свете уже двадцать лет. Джулиан, невольно следуя за взглядом своего внезапно застывшего собеседника, тоже повернул голову в сторону лестницы. Тэмсин стояла на повороте, держась одной рукой за перила, а другой придерживая юбку, уже занеся ногу на следующую ступеньку. Ему показалось, что воздух потрескивает, будто между этими двумя, между Тэмсин и человеком, с которым он говорил, прошел электрический разряд. Конечно, это была абсурдная, нелепая фантазия. Очевидно, появление такого экзотического существа, как Тэмсин, с ее короткими волосами и необычной внешностью, в этой деревенской глуши, могло объяснить интерес лорда Пенхэллана. Джулиан решил, что нет необходимости представлять их друг другу. — Ваш покорный слуга, Пенхэллан, — сказал он с коротким холодным поклоном, прежде чем повернуться к распахнутой двери, ведущей во двор гостиницы. — Сент-Саймон. Седрик заставил себя отвести взгляд от привидения на лестнице. Его лицо утратило свойственную ему надменность и суровость. — Смею думать, что наши пути еще пересекутся, если вы пробудете в Тригартане достаточно долго. |
