— Докладывает третья группа. Третья группа докладывает. Наш объект отваливает в сторону, — сообщал один из наблюдателей. — Направляется на запад по шоссе № 64.

— Следуйте за ним. Продолжайте наблюдение, — ответила Скотто и спросила: — Вторая и четвертая группы. Как у вас дела?

— Все без изменений, — отозвались агенты обеих групп и сообщили, что машины, за которыми они наблюдают, по-прежнему идут на юг.

Скотто выключила портативное радиоустройство и повесила его на специальный крючок.

— А теперь доложите вы, Катков. Где наш подопечный?

— По-прежнему в левом, скоростном ряду, — ответил я, не отрываясь от бинокля. — Примерно метрах в пятистах впереди и вроде еще прибавил скорости, отрывается от нас.

Скотто покосилась на спидометр — он показывал 80 миль.

— Что вы думаете насчет скорости? Он что, профессиональный раллист?

— Кто он?

— Профессиональный автогонщик, несется как угорелый. — Она быстро перестроилась в соседний ряд, мастерски лавируя между машинами, и помчалась догонять трейлер, благо, в этом ряду между нами других машин не было.

— Теперь не теряйте его из виду. — Чтобы мне было лучше видеть, Скотто включила стеклоочистители. Грязные брызги из-под крыльев и обтекателей «бьюика», смешиваясь с мыльной омывающей жидкостью, начали затягивать ветровое стекло. Один из «дворников», маячивших перед Скотто; провел по нему широкую, жирную темно-кровавую полосу, совсем лишив ее видимости. Она в исступлении жала на кнопку подачи омывающей жидкости, пока кроваво-красный мазок совсем не исчез.

Восемнадцатиколесный трейлер упорно гнал на крейсерской скорости, между нами по-прежнему никого не было, Скотто ничего не стоило тоже набрать приличную скорость, но тут вдруг раздались тревожные сигналы сирены патрульной автомашины дорожной полиции, увязавшейся за нами.

Скотто тяжко вздохнула и нехотя сбросила газ, когда многоцветный луч прожектора патрульной полиции прорезал темень.

— Пожалуй, я слишком рано заговорил.

— Да уж, накликал беду на нашу голову.

— А нельзя связаться с ними по радио?

— Хотела бы, да у нас радиочастоты разные.

— Но ведь грузовик… — хотел предостеречь я, когда Скотто устремилась в правые ряды, чтобы пристать к обочине. — Если мы остановимся, упустим трейлер!

— А если не остановимся, упустим всю игру. Каждый дорожный мент в этой округе станет гоняться за нами по пятам. В этой ситуации лучше побыстрее уладить недоразумение.

Она резко, со скрипом, затормозила, вынула из сумочки служебное удостоверение и хотела выйти из кабины.

— Оставаться в машине! — раздался усиленный мегафоном голос. — Сядьте на место сейчас же!

Скотто замерла, села обратно за руль и захлопнула дверь, мгновенно распаляясь от бешенства.

— Опустить боковое стекло. Руки положить на руль или на приборную панель. И так держать, пока не скажут, что делать дальше.

В боковое зеркальце я увидел, как неспешно, с важным видом приближаются двое дорожных полицейских в серо-голубой форме: куртки подпоясаны черными кожаными ремнями, галифе аккуратно заправлены в сапоги выше колена, темные широкополые шляпы лихо, по-ковбойски, сдвинуты вперед. Один встал позади меня. Луч света его карманного фонарика медленно обошел кабину «бьюика». Другой патрульный, вернее, патрульная — это оказалась импозантная, решительная молодая женщина с выступающим квадратным подбородком — наклонилась к открытому окошку Скотто. На рукаве у нее сверкнули сержантские нашивки.

— Добрый вечер, мадам, — медленно протянула она.