— Продолжайте дальше, Скотто, — попросил Банзер.

— И продолжу. Возьмем систему ваучеров. Если их станут покупать у отдельных граждан на воровские деньги, то тем самым их будут отмывать многочисленными маленькими порциями, а не сразу огромными суммами.

— Процедура схожа с покупками чеков на предъявителя, — заметил Краусс.

— Очень даже. Точь-в-точь.

— Нет, не так, — мягко возразил я. — Вы слишком усложняете проблему. В России отмывать деньги нет необходимости. С наличкой там вопросов не возникает. Нужно просто выложить несколько кейсов с баксами на стол, и сделка совершена.

— Похоже на прямые капиталовложения, — сказал Краусс.

— Разве похоже?

— Ну вот что. Если Катков прав, — принялся размышлять вслух Банзер, потягивая пивко, — если эти деньги направляются в Россию на оплату сделок ИТЗ, в таком случае там, внутри страны, должен существовать кто-то из особо доверенных.

— Наверное, Аркадий Баркин.

— Не важно, кто он, — подчеркнул Банзер. — Он может быть даже мелкой сошкой, но та собственность, которую покупает ИТЗ, принадлежит ведь российскому правительству, верно я говорю?

— Да.

— В таком случае непременно должен быть перевалочный пункт для денег, а это значит, что в правительственных кругах должен сидеть свой человек.

— Прежде я думал, что это, по всей видимости, Воронцов, — осмелился я высказать догадку, поскольку не представлял, кто же еще мог быть на таком месте. — Но теперь убежден, что он ни при чем.

— Я тоже уверена, — присоединилась ко мне Скотто. Осушив до дна свою банку пива, она ловким броском подкинула ее вверх. — Его убили, потому что он намеревался разоблачить организованную преступную группу, которая скупала российские коммерческие и промышленные предприятия.

Банка угодила точно в мусорную корзинку, стоящую рядом со шкафчиком для алкогольных напитков. Скотто удовлетворенно кивнула, словно точное попадание подтверждало ее мысль.

— Все так, однако кто-то из его окружения должен был вначале накапать на него коррумпированным структурам, — возразил Банзер, поддергивая брюки, которые то и дело сползали, несмотря на эластичный пояс. — Они должны были знать, что Воронцов собирается донести на них в органы. Значит, тот, кто предупредил их, до сих пор сидит там же, где работал Воронцов.

— Такая версия правдоподобна в том случае, если бы деньги плыли в Россию. — Скотто пожала плечами. — Но пока с неменьшей вероятностью можно предполагать, что они останутся на Кубе или же…

— Организованная преступная группа, — перебил ее Банзер, вскакивая со стула. — Она и теперь заправляет всеми казино в Гаване, как и в стародавние времена.

— Очевидно, Рабиноу до сих пор получает мощную поддержку от наследия Лански. — Ища подтверждения своим словам, Скотто посмотрела на меня, и я с готовностью отозвался:

— Наследие у него довольно весомое, но…

— Спасибо, — сдержанно поблагодарила она, не дав мне договорить. — С другой стороны, деньги могут быть отправлены с Кубы куда угодно. Что такое Гавана? От нее до Каймановых островов рукой подать, гораздо меньше, чем до Боливии или Панамы, не говоря уже о Швейцарии и Лихтенштейне…

— Еще один вариант, — ввернул Краусс.