— А потом будет продолжение о том, как Шевченко разматывает все это дело. Представь себе: следователь идет по следам, вычисляет подозреваемых, предъявляет обвинения, выступает на суде…

— Уголовное дело глазами сыщика, — понимающе оценил Сергей.

— Причем честолюбивого сыщика.

— Я слышал, что ему не хватает подленьких качеств, чтобы попасть в номенклатуру и пойти на повышение.

— Да, я тоже так считаю. У каждого эксклюзивного материала есть своя цена, говоря о которой…

— Давай все по порядку. Я согласился работать здесь на нескольких условиях. И одно из них — изрядный гонорарный фонд на мое усмотрение. Обещаю, что тебе заплатят прилично.

— Сколько это «прилично».

Он откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

— Ну, это… скажем… сто двадцать пять тысяч рублей.

— Сережа, а не маловато?

— Это как смотреть: сумма в десять раз больше средней недельной зарплаты.

— В десять? Неужели? Ну что ж, цифра довольно верная. Только она должна относиться к гонорару, в десять раз превышающему месячную зарплату.

— Ты требуешь полмиллиона рублей?

— За первую статью, а за два продолжения — по двести пятьдесят.

— Нет, нет и нет. Четверть лимона за первую и по семьдесят пять за продолжения.

— Почему бы нам не облегчить труд твоих бухгалтеров и не округлить гонорар до трехсот за первую и по стольнику за последующие? — предложил я, протянув руку на мировую.

Секунду-другую Сергей колебался, а затем хлопнул меня по ладони.

— Ну что ж, вполне справедливо. Пол-лимона за все про все. — Он рассмеялся и ткнул меня в бок карандашом. — А теперь мы должны сделать все, чтобы наш вариант вестерна поспел бы к утреннему выпуску.

— Да я тут же переделаю его. Выдели мне только местечко, где бы присесть…

— Нет, нет, не надо. Ты же и без того всю ночь просидел над ним, разве не так?

— Да, но…

— Да и вид у тебя такой.

— Чувствую себя нормально. В самом деле.

— Лицо у тебя бледное, как восковка. А измученный автор выдает вымученные тексты, друг мой. Чтобы хорошо писать, нужны собранность и энергичность.

— А еще что? Твои советы?

Вместо ответа он затянулся сигаретой и выпустил клуб табачного дыма, затем потянулся к внутреннему переговорнику и нажал кнопку.

— Древний? Древний, зайди ко мне. Сейчас же.

На другом конце редакционной комнаты из-за стола быстро вскочил молодой человек и помчался к нам.

Густые пряди каштановых волос падали ему на лоб и на ворот рубашки. В голубых джинсах, расстегнутой куртке, он выглядел так, словно только что вернулся с концерта рок-музыки в парке Сокольники. Сергей познакомил нас, и я увидел, что моя фамилия, не в пример начинающим лечение алкоголикам в доме культуры, ему ничего не говорила. Он был уже из другого поколения, которое не ощутило на себе влияние диссидентов.

— Товарищ Катков принес нам материал, — объяснил Сергей. — Эксклюзивный. Такой, что сделает очередной наш номер довольно примечательным. Но нужно, чтобы ты прошелся по тексту.

Прыткий газетчик самонадеянно кивнул головой и начал внимательно просматривать страницы рукописи, словно уже «причесывая» их.

— С первого взгляда, отредактировать ее пара пустяков, а на деле… — заметил он с улыбкой и пошел к себе, но потом, что-то подумав, обернулся и добавил: — Ну и работенка.

— Он неплохой литсотрудник. Очень даже толковый, — успокоил меня Сергей.