Тацуо вчитывался в опубликованное сообщение штаба расследования. Перед глазами плыли иероглифы: «Человек, известный под именем Ямамото Кадзуо, уроженец префектуры Ниигата, бармен из „Красной луны“ (владелица — Умэи Дзюнко)». Тацуо впервые узнал, что хозяйку зовут Умэи Дзюнко.

— Ну, что скажешь? — спросил Тамура, поглядывая на собеседника. — Имел ты понятие, что это преступник? — задал он вопрос, поставивший Тацуо в затруднительное положение.

Тацуо ведь скрывал, что ему это известно, и теперь не мог ответить утвердительно. Его мучили угрызения совести из-за того, что приходится притворяться.

— На бармена я не обратил внимания. Хотя и считал, что он — темная личность.

— Из-за слухов о том, что хозяйка Умэи Дзюнко — любовница Фунэдзака Хидэаки?

— В общем, да. Я прослышал об этом, оттого и похаживал в бар время от времени.

— Ты ходил туда и бармен не показался тебе подозрительным.

— Бармен… едва ли. Я обращал внимание только на постоянных посетителей.

Тацуо сказал полуправду, и это его мучило. Ему было неловко перед дотошным Тамура.

— Видимо, нет сомнений в том, что преступник — этот Ямамото, — насупившись, задумчиво пробормотал Тамура.

Сомнений в этом не было. Пока что знал об этом только Тацуо, но вот полиция уже быстренько догнала его. Такой профессионализм поистине достоин восхищения, ничего не скажешь!

— Хакидзаки, — Тамура пристально уставился на Тацуо. — А как ты обратил внимание на самолет, вылетающий в Нагоя? — спросил он строго, будто на допросе.

Вопрос был резонный. Вчера Тацуо отвертелся от него, а сегодня, видно, не проскочишь.

— A-а, ты об этом… Ну… это.

Ему никак не хотелось называть имя Уэдзаки Эцуко. Было желание сохранить его в тайне до последней возможности. И вдруг Тацуо вспомнил, что в тот момент в баре отсутствовала и хозяйка.

— Да просто я узнал, что хозяйка провожала кого-то в Ханэда и вернулась.

Он подставил хозяйку на место Уэдзаки Эцуко, а все остальное, включая разговор с водителем такси, оставил как было. И все-таки эта маленькая ложь заставила его нервничать. Остался какой-то нехороший осадок.

Но славный Тамура вполне удовлетворился таким объяснением и не стал допытываться, почему Тацуо не сказал этого вчера.

— Ну и ладно. — Его узкие глаза сверкнули под очками. — Наверняка хозяйка спровадила в Нагоя бармена Ямамото. Для Фунэдзака опасно держать под боком этого типа, он и решил отправить его подальше. Ведь этот инцидент может стать своего рода толчком, который вызовет крах всей их партии.

Тацуо был того же мнения. Паникер Ямамото до пустил оплошность и убил сыщика. И теперь Фунэдзака Хидэаки вынужден мобилизовать все средства для защиты.

— Эй, послушай, — скороговоркой начал Тамура, — а ведь полиция, видимо, до сих пор не знает, что это дело связано с правыми. Они заявляют, что напали на след преступника, но, по существу, речь идет просто о показаниях свидетеля, который видел, как этот человек пришел вместе с пострадавшим. Мы опережаем полицию.

Когда они вошли в контору местной авиакомпании, ситуация там была совсем не та, что накануне вечером. Пассажиры кишмя кишели в зале ожидания, да и служащих было полно. Тамура быстрыми шагами направился к стойке, над которой висела табличка «Нагоя». Вчерашний дежурный, запомнивший Тамура в лицо, улыбаясь, встал со своего места:

— Добро пожаловать!

— Спасибо за вчерашнее. Вы помогли нам.

— Не стоит благодарности. Ну как, разобрались, что к чему?

— Вот в чем дело, — сказал Тамура, — я бы хотел увидеть стюардессу Танака Митико.