– Нет, миледи! Мы не можем рисковать вашей жизнью!

– Я пойду, миледи! – Саттон опомнился и рванулся к катеру, сгорая от стыда, от того, что оставил раненого, а сам сбежал.

Кэндлесс все еще стонал, держась за живот, остальные гвардейцы старались не пустить своего землевладельца последовать за адъютантом и при этом не покалечить ее.

– Нет, черт побери! – выкрикнул Лафолле ей в лицо.

Потрясение от того, что он выругался, оказало действие, недостижимое физическими усилиями. Она застыла, глядя в его горящие серые глаза и тяжело дыша, и только тогда заметила текущие по его щекам слезы.

– Мы не можем рисковать вашей жизнью! – почти всхлипнул он, встряхивая ее. – Неужели вы не понимаете?

– Он прав, миледи.

Преподобный Хэнкс приковылял поближе. Он старался не наступать на левую ногу, и лицо у него было в крови, но голос был невероятно спокоен, и это придавало ему еще больше веса, чем страстному призыву Лафолле. – Он прав, – снова повторил преподобный еще тише, и она осела в руках гвардейцев.

– Ладно, – прошептала она.

– Дайте мне слово, миледи, – потребовал Лафолле. Она непонимающе посмотрела на него, и он с трудом изобразил улыбку.

– Дайте слово, что вы останетесь здесь , и тогда мы вернемся за господином Герриком.

– Даю слово, – тупо сказала она. Он еще мгновение смотрел ей в глаза, потом отпустил ее, кивнул Ярду, и они стали выбираться из канавы.

– Мы их достали? Мы их достали? – раз за разом повторял Тейлор.

Мартин раздраженно мотнул головой:

– Я не знаю.

Он выпрямился и посмотрел через поле. Поначалу он был уверен, что все эти взрывы и огонь означают, что они добились успеха, но теперь он разглядел в пятидесяти метрах от себя покалеченный корпус бота на фоне пламени. Рядом резко остановилась первая машина спасателей. Повреждения были сильными, но не тотальными, и кто-то из пассажиров мог выжить.

Он оглянулся и, несмотря на свою веру, сглотнул от удушающего страха. Вдалеке появились и другие машины – не спасатели, а гвардия Харрингтон, и они ехали прямо к ним с Тейлором. Он посмотрел в другую сторону и увидел еще машины…

– Нам не выбраться, Остин, – сказал он, сам удивляясь своему спокойствию.

Тейлор уставился на него, шевеля губами, потом со вздохом бросил пустой ракетомет.

– Похоже на то, – сказал он так же спокойно, и Мартин кивнул.

– Тогда нам, наверное, лучше удостовериться, что мы свое дело сделали.

Лафолле и Ярд выбрались из канавы, которая показалась им куда глубже, чем в тот момент, когда они бросили туда землевладельца. Хонор стояла рядом с преподобным Хэнксом. Она наконец пришла в себя и осознала, что Эндрю и преподобный правы. Она больше не могла себе позволить мчаться навстречу опасности: слишком много людей от нее зависели. Но все равно она чувствовала горечь, глядя, как гвардейцы направляются к катеру. Нимиц замурлыкал, разделяя ее стыд за то, что она позволила долгу удержать себя, а преподобный Хэнкс положил руку ей на плечо.

Джейми Кэндлесс закашлялся, приподнялся, и Хонор встала рядом с ним на колени, качая головой.

– Извини, Джейми, – сказала она расстроенно, но он отмахнулся.

– Неплохой удар, миледи, – выдавил он с подобием улыбки.