Но четко через пять минут он вновь был на линии, совершенно проснувшийся и готовый к разговору.

– Что у тебя случилось? – поинтересовался он.

– Не что, а кто. Руслан Осипович Кочанов. Твой бывший клиент, коли не соврал.

– А, да, этот рыжий старикан! – обрадовался Осколкин. – Я его к тебе направил. Подумал, занятная ситуация…

– …с которой ты никак не смог ему помочь, если я не ошибаюсь, – слегка язвительно отметила я. – Просто взял деньги и отмахнулся.

– Чего это – отмахнулся! – оскорбленно вскинулся Шура. – Я две недели как крот землю рыл, раком отпахал не разгибаясь. Этот дедок, конечно, пободрее, чем любит прикинуться, но, блин, тоже еще – спохватился. В девяностом переспал, а сейчас ищет. Нормально вообще?

– Может, у него чувство вины, – предположила я. – Вкупе с навязчивыми мыслями. Но информации маловато, как ни крути.

– Это ты его не расспрашивала. – Теперь уже Шурик язвил, едва слышно, соблюдая приличия, отпив кофе. – Рассказал много, а полезного – с гулькину попку. Вот на кой мне знать, что у одной из его баб родинка в верхней части бедра? Я ж ей, пардоньте, под юбку не полезу проверять.

– Романтическая деталь. Или фетиш, – фыркнула я. – И почему же миссия провалилась?

Вздох на том конце «провода» говорил о неудобности вопроса.

– Давай-давай, не пыхти, выкладывай, – подбодрила я.

– Во-первых, давность. Да и девяностые, сама понимаешь. Осипыч мне назвал совсем древние их адреса, там по ним никого не оказалось. В одном случае дом вообще снесли, это в Трубном районе, аварийное жилье было…

– Шур, поконкретнее.

– Ну, и еще я – приезжий, всего-то лет пять как тарасовский. У меня и родни-то здесь нет, не то что у тебя. И связи не такие… разнообразные.

Последнее слово явно намекало на моих знакомых из околокриминальных и криминальных кругов. Шурику такая роскошь была малодоступна – не все полицейские умеют налаживать контакты в теневой среде. И пока что он, бывший служака, еще только обрастал. В некоторых случаях не без моих рекомендаций.

– То есть у тебя не хватило компетенций, – резюмировала я.

– Грубо, но справедливо. – Осколкин спорить не стал. – К тому же дамы могли поменять фамилию, вовсе съехать из города… Только чутье мне подсказывает, что все курочки еще здесь. Ты глянь дела, увидишь – все четверо коренные тарасовчанки. А у нас город крупный, ситуация с работой и прочим все ж таки неплохая, куда тут сдвинешься?

– Это не показатель, – возразила я. – Коренные, не коренные… могли и в столицу двинуть. За длинным рублем.

– Могли бы. Вот и выяснишь заодно, – хмыкнул Шура. Потом, помявшись, все же недоверчиво переспросил: – Так ты взялась?

– Взялась. Почему это тебя настораживает?

– Да вроде ж это не по твоей части – розысками заниматься. Да и клиенты у тебя обычно посолиднее…

– Кризис, а кушать хочется. – Я не стала вдаваться в объяснения. – Ты лучше скажи, гениальный сыщик, как тебе сам этот Кочанов?

– Обычный дед-пердед, с заскоком в ностальгию, – рубанул Шурик. – Заплатил нормально, точно не жмот.