— Вот как. И почему же?

— А так сложнее разгуляться привидениям.

Гроувс нахмурился. Смотритель был стар и вполне мог помнить похитителей трупов. Неужели он считает, что могилу хотели ограбить?

— Вы думаете, они собирались продать тело медикам?

Смотритель с сомнением посмотрел на разложившийся труп.

— Не в таком состоянии, нет, сэр.

— Тогда о чем вы говорите?

— Я имею в виду обычных безобразников, сэр. Пьяниц и тому подобное. Этот пятачок за железнодорожной насыпью пользуется у них особой популярностью.

Гроувс с отвращением вздохнул. Он не верил смотрителю, который пропах джином и невежеством, но ему нравилось пугать его — это служило утешительным подтверждением мастерства на фоне полной растерянности.

— Тем более, полагаю, следовало бы почаще сюда заглядывать, — сказал он.

Смотритель сглотнул, всерьез испугавшись за свое место.

— Ну ладно, дружище. Поехали дальше. Вы что-нибудь слышали?

— За насыпью… — почти прошептал смотритель.

— …Трудно что-нибудь расслышать, понимаю. Как вы думаете, сколько времени ушло на то, чтобы это раскопать?

Он посмотрел на развороченную могилу. Гроб вытащили на поверхность примерно наполовину — ровно настолько, чтобы можно было открыть крышку (дерево разлетелось в щепки) и извлечь тело.

— Мотыгой, лопатой, — сказал смотритель, — один-два человека…

— И сколько же?

Ответ смотрителя был уклончивым:

— Обычно могилы разрывают именно так, сэр. Но не похоже, чтобы здесь использовали лопату, вообще какой-нибудь инструмент.

— Что вы имеете в виду?

— Я хочу сказать, что скорее всего кто-то наспех проделал квадратное отверстие и дальше уже выворачивал землю на стороны, расширяя его.

Гроувс посмотрел на раскиданную широким веером землю.

— Вы пытаетесь сказать, что могилу разрыли руками?

Смотритель был немногословен:

— Что-то в этом роде, сэр.

— Животное?

Смотритель пожал плечами:

— Животное вряд ли бы заинтересовало сгнившее мясо, сэр, при всем уважении к усопшему.

— Значит, человек?

— Человек не стал бы пробивать крышку гроба, он приподнял бы ее рычагом.

— Так что же — человек или зверь?

На этот вопрос смотритель ответить не мог.

Снова замаячил призрак зверской силы, и Гроувс подумал, а таким ли уж бессмысленным был его обход городских цирков. А если это человек и зверь — или несколько зверей — в сочетании? Он вспомнил следы лошадиных копыт на Белгрейв-кресит и стал осматривать землю вокруг могилы в поисках каких-нибудь вмятин. Основная территория Уорристонского кладбища была продуманно засажена вечнозелеными кедрами и кипарисами, но в этом дальнем углу росли самые разнообразные лиственные деревья и земля, как ковром, покрылась опавшей листвой, так что следов не было вообще.

Он смотрел, как плюется и ругается фотограф, у которого из-за тумана не получался четкий снимок.

— Может быть, забрать тело в морг, сэр? Я, правда, не знаю, нужен ли ордер… И что делать с уже эксгумированным телом, — сказал Прингл.

Гроувса не увлекала перспектива, что профессор Уитти или кто-то из его коллег снова все здесь расковыряет и наделает двусмысленных замечаний.

— Это ничего нам не даст, — решил он. — А эксгумировать тело десять лет спустя после смерти незаконно.

— Двадцать, сэр.

— Да. — Гроувс заволновался.