— Если нет никаких зацепок, — продолжал Гроувс, — как вы обычно поступаете в таких случаях?

— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду.

— Что вы делаете, — Гроувс поймал себя на том, что снова принялся беспомощно ковырять селедку, — когда тайна не поддается разгадке?

Восковой Человек еще мгновение смотрел на него, затем фыркнул и отвел глаза.

— Разгадка есть всегда, Кэрес, надо только знать, куда смотреть.

Но Гроувс услышал в его голосе обиду и решил, что это и есть тот самый подходящий момент.

— Я спросил об этом, поскольку у меня есть основания полагать, что нынешние преступления связаны с тем, что произошло в прошлом месяце… с тем вашим делом.

Восковой Человек опять посмотрел на него. Гроувс прокашлялся.

— Смотритель маяка… — хрипло сказал он. А поскольку Восковой Человек все еще в недоумении смотрел на него, добавил: — Даддингстонское озеро…

Никакого ответа.

— Он гулял там с собакой…

И вдруг Восковой Человек совершенно неожиданно расхохотался.

— Ах, с собакой, — сказал он, как будто сначала просто не понял Гроувса, — с собакой, да. — Он еще раз хохотнул. — Эдакий грейфрайарский Бобби. Увидел, как расправились с его хозяином, и драпанул изо всех сил. Он дристал почти полмили — мы потом шли по следу вдоль озера, — домчался до дома, лапами открыл дверь и закатил истерику. А почему вы об этом спросили?

Гроувс не мог произнести ни слова.

— Пришлось прикончить бедолагу. А еще волкодав. Обычно крепкие собаки.

Гроувс судорожно искал слова:

— Я хочу сказать… мне кажется…

— Думаете, здесь есть связь? — невинно спросил Восковой Человек. — Я понимаю, что вы хотите сказать. Конечно, того разодрали необычным способом. Да. — Он кивнул и подумал. — Но с другой стороны, у него были карточные долги, какая-то бордельная история. Такие люди сами напрашиваются на неприятности, о них никто не жалеет. Его сын очень хотел, чтобы я поскорее закрыл дело и вдова не волновалась. Мне казалось, так будет лучше. Но если вы хотите к нему вернуться…

Гроувс беспомощно покачал головой.

— Если это нужно, — продолжал Восковой Человек, — что ж, значит, нужно. Я всецело готов вам помочь, разумеется, но вы должны знать вот что: смотритель маяка был незаконнорожденным братом бывшего главного констебля. — Он заговорщически подмигнул. — Лучше не ворошить это грязное белье, Кэрес. А то вам самому начистят морду.

— Ко… конечно, — сказал пораженный Гроувс. За несколько секунд Восковой Человек так вывернул наизнанку позор своекорыстия, что он стал знаменем доблести.

— Посмотрите на себя, Кэрес, — сказал Восковой Человек, откидываясь на стуле и победно улыбаясь. — Посмотрите на свое лицо. Очевидно, вы не цените пожалованный вам мундир. Главный инспектор, расследующий нашумевшее преступление, идущий по следу убийц и тайн. Да женщины слетятся на вас как мухи на падаль. Для эдинбургских потаскушек кровь что французские духи, Кэрес. Вам уже предлагали помощь?

— Помощь?

— Всегда появляется какая-нибудь девица — предлагает свои услуги и утверждает, будто ей что-то известно.

— Не было никаких девиц.

— Большинство из них ничего не знают. Просто ищут внимания. Ну и вынюхивают. Вот подождите — какое-нибудь распутное маленькое существо непременно покажет нос.

Гроувса осенило.

— Была женщина, — сказал он, — утверждала, что ей снились преступления.