Никогда не пытаясь получить ни малейшего преимущества благодаря принадлежности к королевской семье — что было, без преувеличения, совершенно чуждо жителям Акоры, — Клио тем не менее обрадовалась, когда мажордом узнал ее и без промедления провел сквозь толпу и проводил к входу в апартаменты королевы.

В это время от нее как раз уходил премьер-министр. Увидев Клио, Мельбурн кивнул седой головой, отпуская сопровождавшего его мужчину, и улыбнулся ей. «У него, — подумала Клио, — исключительно приятная улыбка, но она не касается его глаз».

— Ваше высочество… — начал премьер-министр.

— Прошу вас, — торопливо перебила его Клио, — не могли бы вы сделать мне одолжение и обращаться ко мне просто по имени? — И, заметив его колебания, добавила: — Понимаете, мы не привыкли в Акоре часто употреблять титулы, и каждый раз, когда кто-то здесь так меня называет, я вынуждена останавливать себя, чтобы не оглянуться в поисках того, к кому он обращается. Честно говоря, очень неудобно все время вертеться.

Мельбурн засмеялся и, казалось, сам испугался своего смеха, но быстро овладел собой. У Клио создалось впечатление, что премьер-министр вообще не часто смеется.

— С удовольствием, дорогая, и, пожалуйста, зовите меня Уильямом. Очень немногие теперь меня так называют.

— Мне это будет очень приятно, Уильям. — Клио с радостью подала ему руку. — Надеюсь, у королевы все хорошо?

Этот вполне невинный вопрос — ну кто же не спрашивает о здоровье королевы? — заставил премьер-министра поднять брови.

— Наш общий друг доложил мне, что нынешняя ситуация вам известна, — предварительно оглядевшись по сторонам и понизив голос, сообщил он.

Как догадалась Клио по этим таинственным словам, Уилл рассказал Мельбурну о том, что ей известно о заговоре против королевы.

— Он старался удержать меня в стороне, — честно призналась Клио.

— Это делает ему честь, но что сделано, то сделано. Должен сказать, Клио, я восхищен вашим желанием помочь и крайне обеспокоен грозящей вам опасностью. Откровенно говоря, подвергать наших подданных риску уже плохо, но еще хуже столкнуться с возможностью того, что любимая дочь надежных союзников тоже может пострадать.

— Уильям, мы оба понимаем, что вы могли бы облегчить свои тревоги, если бы поделились ими с моими родителями, которые, обладай они такой информацией, я абсолютно уверена, не оставили бы меня в Англии.

— Это не приходило мне в голову, — честно сказал премьер-министр. — И Холлистеру тоже. Мы с ним обсуждали эту проблему.

— И пришли к выводу?..

— Что вы, вероятно, могли бы оказать нам помощь.

— Так сказал Уилл? — Она не очень верила Мельбурну.

— Это пришлось вытаскивать из него. — Мельбурн, который, как говорили, был в душе романтиком, снова улыбнулся. — Я практически был вынужден применить щипцы.

— Это больше соответствует истине, — расстроенно вздохнула Клио.

— Он беспокоится о вас и имеет для этого веские основания.

— Он привык работать один, — уточнила Клио, — или, возможно, с помощью моего кузена Дэвида. А теперь он должен признать, что женщины не обязательно лишены каких-либо способностей.