— За нашу встречу! — сказала она, поднимая бокал. — За встречу, которая больше не омрачится горечью разлуки!

— Спаси Христос за слова ласковые, — хмуро ответил Архип. — Только вот хотелось бы знать еще, каким образом вы хотите заставить меня у вас поселиться?

— Ты же не бросишь меня одну, с дочкой на руках? — открыла наконец Жаклин свой, как она думала, «убийственный» козырь.

Архип обомлел.

— А девочка здесь при чем? — прошептал он.

— При том, что Марианна не только моя, но и твоя дочь! — добила его своим сногсшибательным признанием Жаклин.

— Ты что, рехнулась ненароком? — ужаснулся Архип.

— Ничуть, — улыбнулась Жаклин, довольная его смятением. — У тебя и Марианны одно лицо!

Жаклин играла по–крупному. Она заранее отрепетировала свою роль, и потому сбоя не было. Лицо ее выражало несказанную грусть и было таким милым, дивным, а голос вибрировал, как звучание трели соловья.

— Она не может быть моей дочерью, — сказал Архип, не веря в смысл происходящего.

— Беру Господа Бога в свидетели, что мои слова — правда! — уверенно заявила Жаклин. — Девочка на меня похожа меньше, чем на тебя, Архип!

Кузнец онемел. Он бестолково моргал, ничего не видя перед собой.

Женщина поднялась.

— Выпей вина, Архип! — приказала она.

— Но я… — Не договорив фразы, он схватил бокал и опустошил его одним махом до дна.

— А знаешь ли, Архип, каково наше будущее? — начала Жаклин сдавленным, дрожащим голосом, не спуская с кузнеца глаз и подходя к нему вплотную. — Отныне и навсегда ты мой, а я твоя, даже если сам сатана встанет на нашем пути. Моя любовь к тебе — пылающий пожар! С каждым часом разгораясь, он пожирает все! Ох, Архип, выслушай меня, заклинаю тебя! — сквозь рыдания продолжала Жаклин. — Мужа своего я не любила. Он был стар и противен. Я угасала подле него. В сердце бушевал пожар, но и он стал угасать, покрываясь плесенью ненависти, презрения к мужу, к людям, ко всему миру! С твоей помощью я стала матерью очаровательного создания и полюбила дочь всем сердцем. Мой муж — граф Артемьев, узнал о нашей любви. Он отпустил тебя, а меня… Он превратил мою жизнь в каторгу. Этот сиятельный тиран захотел убить меня и Марианну! Но, к счастью, я узнала его гнусные намерения и совершила возмездие… Да–да… Я убила его! Брат графа, Александр, явился из Франции. Ему тут же оговорили меня. И он превратил нашу с дочкой жизнь в пытку! Он ищет меня и сейчас. Ищет упорно, не жалея сил и денег. Все это время я искала тебя. Я видела тебя во сне, почему–то всегда окровавленного, бледного, но прекрасного. Я целовала твой влажный лоб, твои уста и с каждым разом чувствовала, как сгораю вся в жарком пламени любви. И я дала клятву себе перед иконой, что буду принадлежать только тебе и скорее лягу в могилу, чем отдам себя кому другому! Я готова стать твоей рабой. Архип! Услышь меня! Возьми меня! Прими меня, потому что я тебя никому не отдам!

Со слезами на глазах она склонилась перед Архипом. Ее волосы коснулись его лица — сердце казака замерло.

— Нет! Никогда! — вскричал он в неистовстве, услышав признание. — Ты — Чертовка! Тебе не охмурить меня! Я знаю, я чувствую зло внутри тебя. И тебе не заманить меня в свои паучьи сети!

Он поспешил к двери.

— Архип! — не своим голосом закричала Жаклин и упала без чувств на пол.

Но этого он уже не видел. Не успев открыть дверь, Архип охнул. Тысячи искр разом посыпались из глаз, страшный гул заполнил голову, и он грузно осел у порога.

Подняв безвольное тело Архипа, Нага перенес его на кровать. Вернувшись из спальни, он склонился над приходящей в себя хозяйкой.