На настроение Ании повлияло предсказание молодой цыганки. До встречи с ней девушка легко относилась к жизни. Она обращала мало внимания на людей, а жила лишь мечтой о каком–то призрачном чуде, которое, как она верила твердо, обязательно коснется ее. Вмешательство в ее беззаботную жизнь Жаклин, которая упорно старалась выдать девушку замуж, едва не привело к тому, что Ания готова была возненавидеть жизнь и людей. Но цыганка помогла ей перебороть былое ожесточение. Оно больше не возвращалось к ней — она изменилась и смотрела на жизнь глазами умной и много пережившей женщины, готовой страдать, но уже неспособной не любить. За все, что она переживала раньше, Ания обвиняла себя, только себя! Почему она одна живет так неумело, неудачно, несчастливо?

Наступила ночь. Ания тихо отворила дверь в половину Жаклин и прислушалась. Царившая в комнатах опекунши тишина придала ей решимости. Так же тихо закрыв дверь, Ания заперла ее на ключ, затем распахнула окно и стала смотреть из–за занавески. Из окна ее комнат был виден двор и центральная улица. И двор, и улица были безлюдны.

Почему Ания так жаждала остаться одна? Нужно ли ей было что–то утаить от чужих глаз? Да, ей действительно нужно было скрыть неописуемую радость, наполнившую ее сердце, вновь пробудившиеся жизненные силы, упоительное чувство утерянного и вновь обретаемого счастья.

Цыганка ей сказала, что она скоро встретит свою любовь. Еще она говорила о каком–то светлом человеке, якобы запертом насильно Жаклин в подвале. Сердце девушке подсказывало, что это ОН! Этот таинственный пленник, которого она полюбит и который наполнит счастьем ее жизнь!

Ания сбежала по ступенькам быстрее и легче, чем это сделала бы любая другая девушка ее возраста. Отыскав замаскированный вход в подвал, она распахнула дверку. В лицо ей тут же ударил тяжелый запах затхлости и сырости. Но он не остановил Анию. Досадуя на себя, что не додумалась захватить с собою свечку, она нащупала ногами лестницу и стала осторожно спускаться по ступенькам вниз.

В подвале девушка в нерешительности остановилась. Ее глаза ровным счетом не видели ничего. Первое, что пришло ей в голову, — немедленно вернуться. Но унаследованный от отца твердый характер быстро поборол минутную слабость, и она решительно шагнула вперед.

Осторожно ступая по выложенному крупным камнем полу, она натолкнулась на стену. Ощупав влажные камни, из которого так же, как и пол, была выложена стена, Ания задумалась, стараясь определить, куда же ей теперь идти — влево или вправо. Быстро сообразив, что вход в подвал расположен под лестницей, а лестница…

Ания поняла, куда ей идти. Касаясь руками стены, она пошла вправо. Лицо девушки в этот миг сияло такой лаской и теплом, что будь с ней рядом ее будущий избранник, то непременно почувствовал бы, как исчезает из его души зимний холод, а в сердце воцаряется летнее тепло.

Наконец рука девушки коснулась двери. Она, плавно скользя, обследовала ее поверхность и остановилась на рукоятке задвижки.

Ания отодвинула ее в сторону, и дверь, едва слышно скрипнув, открылась. Входя в камеру, она вынуждена была пригнуться, так как высота прохода была ниже даже ее небольшого роста.

Страх начал медленно закрадываться в душу.

— Кто там? — вдруг прогремел голос из царства мрака.

Ания замерла, как перед казнью на плахе, закрыв глаза и зашептав молитву Всевышнему, чтобы он успокоил или сберег ее переполненную сильным страхом душу.

9

К своему отстранению от поисков девочки капитан Барков отнесся философски. «Кума с возу — кобыле легче!» — с полным безразличием подумал он и, почувствовав облегчение, вздохнул.

Теперь его жизнь в Оренбурге должна протекать иначе. «Главное — не отходить ни на шаг от требований инструкции», — сказал он себе и… решил напиться.