Дух связался с Дядей Джермом, объяснил ситуацию и попросил его, снять охрану на ночь. После того, как Тина спасла его жизнь, он был готов пойти на что угодно и предложил свою помощь.

Мы едем на «Завод» в разных машинах. Девушкам было запрещено приезжать.

Они не были счастливы от этого, но я не могу подвергать их опасности. Достаточно того, что я должен втянуть моих парней в эту ситуацию. По крайней мере, ребята знают во что ввязались.

Я паркуюсь прямо перед складом. Парни осматриваются. Я выхожу из машины и иду к двери офиса. Оказавшись внутри, я делаю глубокий вдох и открываю дверь на «Завод».

Как только открывается дверь, Омар наставляет свой пистолет на меня. Он стоит позади Тины, которая сидит на стуле. Я смотрю ей в глаза и вижу страх, ясно как день.

Не волнуйся, детка.

Омар улыбается, делает шаг вперед и объявляет театрально:

— Человек дня. Садись, Ник. Мы ждали тебя. Разве нет, детка?

Тина пожимает плечами и делает озадаченное лицо. Это подлинная эмоция.

Видите?

Омар чокнутый.

Я иду вперед и спрашиваю:

— Где мне сесть?

Омар указывает на стул рядом с Тиной и говорит:

— Попробуй только дернуться, я тебя пристрелю и заставлю ее смотреть, как ты умираешь.

Я сажусь на стул, и он крепко привязывает меня к нему. Омар смотрит на меня на мгновение, прежде чем перейти к Тине. Он говорит:

— Хорошо, детка. Ты можешь объяснить. Как Дядя Джерм получил запись нашего разговора?

Она запинается и лжет:

— Н-Ник прослушивает мою квартиру, милый. Я понятия не имела, что он не доверял мне. Мне очень жаль. Он послал запись Дяде Джерму. Я приехала сюда, как только узнала об этом, и сказал ему, что это подделка. Он поверил мне, малыш.

Хорошая девочка. Играй дальше.

Омар выглядит полным сочувствия и вздыхает:

— Я так и знал. Я знал, что ты не подведешь меня.

Он гладит ее лицо с любовью и говорит:

— Ты меня любишь. Ты бы не поступила так со мной.

И чувак официально чокнулся.

Я прочищаю горло и жестко смотрю на Тину. Я лгу, говоря:

— Ты алчная шлюха. Я знал, что не могу доверять тебе. Ты думаешь, что был только один прокол? Я находил их во всем. Единственная причина, почему я не прогнал тебя, потому что люблю, как ты сосешь мой член.

Тина хмуро смотрит на меня и шипит:

— Омар, отвяжи меня от стула или помоги мне... Я брошу тебя.

Глаза Омар расширяются, и он кричит:

— Нет! Ты никогда не покинешь меня!

Тина надевает лучшую маску сучки и выплевывает:

— Отвяжи меня от гребаного стула, Омар!

Омар хмурит лоб, и он вздыхает:

— Хорошо, Господи, Тина. Не будь такой сукой.

Он режет веревку на ее запястья и помогает ей встать. Как только она встает, она дает ему пощечину. Жестко. Шум эхом разносится по складу, и он потирает щеку. Он выпаливает:

— За что, бл*дь, это было, Тина?!

Она моргает секунды, а затем смотрит ему в лицо и рычит:

— Ты держал меня, привязанной к стулу, все чертов день! Так не относятся к тем, кого любят, О. Так относятся к тем, кто не нравится! А теперь, ты меня любишь?

Он выглядит хорошенько отруганным и кивает. Она говорит, спокойно:

— Хорошо. Тогда ты никогда не сделаешь это снова. Не сделаешь, милый? — он качает головой, и она продолжает: — Хорошо. Я люблю тебя, малыш. Но ты серьезно облажался. Я собираюсь сделать тебя лучше, ты понимаешь? — он кивает и улыбается ей с чистым обожанием.

Я никогда не видел, чтобы женщина ударила Омара, а после не исчезала и была найдена на свалке неделей позже. Он действительно думает, что любит Тину. Или любит эту идею, по крайней мере.