Тина встает за Омаром и обхватывает руками его талию.

Ничего себе, это ранит больше, чем следует. Я знаю, что она только играет.

Она стоит на цыпочках и шепчет громко:

— Посмотри на его лицо, малыш. Не имеет значения, что он говорит, это делает ему больно. Он любил меня, О. Я обещал, что мы причиним ему боль, не так ли? — при этом говоря мне одними губами: «Извини».

Омар хихикает и потирает руки Тины. Он не может не похвастаться:

— Да, я получил твою девушку. Как это чувствуется, потерять то, что ты любишь, Ник? Она не хочет тебя.

Тина скулит:

— Омар, как долго это займет? Я хочу пойти домой. Я воняю, и мне очень нужно принять душ. — Она дуется. — Ты даже не кормил меня сегодня. Я такая голодная, малыш.

Омар ударяет себя по голове и всасывает воздух сквозь зубы. Он смотрит с раскаянием, когда обещает:

— Черт, извини, детка. Я был так взвинчен, что даже не спросил, голодна ли ты. Я отправлю одного из парней принести чего-нибудь прямо сейчас.

Если бы я не был в такой ситуации, я бы расхохотался. Тина заставляет Омара считать, что он влюблен в личность, которой не существует. Это полная противоположность моей Тины. Мне не нравится эта Тина, но Омар, кажется, в восторге от нее.

Он поворачивает ее в руках и приподнимает. Она визжит и заставляет себя хихикать. Она требует:

— Омар, опусти меня! — что он и делает, но не раньше, чем целует ее.

Омар закрывает глаза и глубоко целует Тину. Ее глаза расширяются, и она смотрит на меня, я не могу не заметить выражение отвращения на лице. Ее глаза извиняются, и я киваю. Я знаю, что она не хочет быть здесь еще больше, чем я.

Делай то, что нужно делать, детка.

Он разрывает поцелуй, и она расплывается в большой фальшивой улыбке. Омар выглядит таким счастливым. Я почти испытываю жалость к нему.

Почти.

Тина подходит ко мне, смотрит в глаза и хвастается:

— Спорим, ты хочешь меня сейчас, да? Но знаешь что, Ники? Ты никогда не получишь меня. Никогда.

Я наклоняюсь чуть ближе и шепчу:

— Когда мы выберемся из этого, я попрошу тебя выйти за меня замуж. — Видя ее ошеломленное лицо, я продолжаю: — И ты скажешь «Да»!

Омар уходит в соседнюю комнату, и Тина бросается вперед. Она шепчет:

— Мне очень жаль, дорогой! Я не знаю, что еще сделать!

Я шепчу в ответ:

— Ты делаешь всё правильно, детка. Отвлекай его. Я так тебя люблю. Парни рядом, это скоро закончится. Я обещаю.

Тина мчится назад на свое место, когда Омар открывает дверь. Он приходит с контейнерами еды для нее. Она открывает их, морщит нос и говорит:

— Я чувствую запах оливок, милый. Я не ем оливки. Никогда.

Это единственная правда, что она сказала ему за всю ночь.

Каждый раз, когда мы обедаем, она отдает мне свои оливки, а я ей — помидоры. Мне нравится, что мы делаем это. Это наша фишка.

Омар открывает контейнеры и вздыхает:

— Извини, детка. Я пойду возьму еще что-нибудь. Без оливок.

Она улыбается ему и говорит:

— Спасибо, милый. Я очень голодна.

Как только он выходит в дверь, она хватает ножницы со стола, бежит вперед и перерезает веревки под мои запястьями, так что по-прежнему выглядит, как будто я привязан к стулу. Она запихивает ножницы за пояс моих штанов и бежит обратно к столу.

Боже, я люблю эту женщину.

Омар возвращается в комнату и протягивает Тине другой контейнер. Он клянется:

— Никаких оливок.

Она натягивает улыбку, целует его в щеку и говорит:

— Спасибо, детка.

Омар подходит к моему стулу, берет пистолет из штанов и нацеливает его на мою грудь. Тина кричит:

— Омар, нет!

Омар хмурится и смотрит в ее сторону.