Лицо Нат становится задумчивым.

 — Ты доверяешь Нику?

Я не стесняясь, отвечаю:

— Да.

Она разворачивает меня за плечи, так что мы оказываемся лицом к лицу и гладит мои волосы. Она спрашивает:

— Тогда почему ты не можешь повеселиться с ним. Между вами удивительная химия. Ты не можешь отрицать это. И лично мне нравится идея о вас, как о паре. Он — семейный человек.

Я знаю, что она имеет в виду. Она считает, что он бы заботился обо мне, если бы я забеременела. Он не будет вести себя как Джейс. И она права. Но я не хочу детей снова. Никогда.

Я глажу ее волосы и улыбаюсь.

— Почему бы тебе не рассказать мне, что происходит у тебя с Духом?

Она резко вздыхает и отвечает:

— Даже не спрашивай. Это было один раз. Мы ненавидим друг друга.

Я кладу руку ей на плечо, сжимаю его и напоминаю:

— Ненависть — очень сильное слово. Не кажется ли тебе? Кроме того, ты знаешь, как говорят, что есть тонкая грань между любовью и ненавистью. Какой был секс?

Нат зажмуривает глаза, щипает себя за лицо и улыбается. Она шепчет:

— Это было невероятно. У меня никогда не было такого сумасшедшего животного секса раньше. Но я не знаю, было ли хорошо, потому что было так интенсивно или потому, что это было с Духом. Я даже не знаю, что случилось. Я шла обратно к кабинке из ванной, в следующую секунду Дух тащит меня в конференц-зал. Это было нереально. — Ее лицо становится серьезным. — Он сказал, что ему не нравится, когда я заигрываю с Максом, вместо этого я должна заигрывать с ним.

Я откидываюсь на спинку кресла и обмахиваю себя рукой, затем наклоняюсь вперед и шепчу:

— Святые эклеры! Я ничего не смыслю в этих доминирующих штучках, но даже разговор об этом возбуждает! — мы смеемся до боли в животе.

Все еще улыбаясь, она спрашивает:

— Почему бы тебе просто не спать с Ником и посмотреть, куда это приведет? Если из этого ничего не получится, вы оба достаточно зрелые, чтобы вернуться к дружбе. Даже если ничего серьезного из этого не получится, вы можете очень весело провести время вместе. — Она шевелит бровями.

Потому что он разобьет мое сердце, вот почему.

Я отвожу взгляд от ее глаз и говорю мягко:

— Я не знаю, дорогая. Я знаю его достаточно, чтобы понимать, если мы будем спать вместе, я слишком увлекусь и в конечном итоге потерплю разочарование. — Я опускаю лицо, играю с куском бумаги на столе и говорю шепотом: — Я не могу связаться с еще одним Джейсом. Я не знаю, сколько еще осталось от моего разбитого сердца с прошлого раза, но знаю, что следующий раз уничтожит меня. Сейчас я надломлена, не сломлена полностью. Следующий раз разрушит меня. Мне не нужны идеальные отношения. Мне просто нужно тот, кто не откажется от меня.

Ее лицо вспыхивает недоверием. Она обнимает меня за талию, тянет к себе и говорит:

— Ты думаешь, Ник способен причинить тебе боль?

Я пожимаю плечами:

— Ты не видела, как он обошелся с Сасси в ресторане. Это было, как будто она ничего не значит. Меньше, чем ничего! А он спал с ней четыре месяца!

Она качает головой и говорит тихо:

— Это потому, что она ничего для него не значила. Он честно сказал ей, что между ними было, но она хотела большего.

Я раздражена и отвечаю слишком громко:

— Точно! Вот как это будет в итоге с нами! Я слишком увлечена, и однажды он скажет мне двигаться дальше, а затем я стану как Чертовка Сасси. Я открою приход имени Ника для женщин, которые испытывают трудности в получении чего-то большего от него, мы будем арендовать церковь и делать бутерброды и пунш для тысяч женщин, которые придут!

Нат хихикает и обнимает меня. Она шепчет мне в ухо:

— Почему бы не пойти на риск? Если он стоит того?

Святые канноли! Она права.