|
Там уже следственная бригада работала с самого утра. Вызов поступил от жильцов соседнего дома. Они хоть и привыкли к ночным безобразиям, творящимся в этом заведении, но то, что было этой ночь превзошло все, к чему они привыкли. Всю ночь орали мужики, как будто их резали на части, даже стреляли внутри. А часов с восьми утра из окна кабинета директора начал громко орать и материться пьяный сторож, которого там заперли. Мало того, он плевался в прохожих и кидался канцелярскими принадлежностями. Вот соседи и вызвали милицию.
- Ха-ха-ха, - рассмеялся Николай Павлович, - анекдот просто.
- Погоди ты, - улыбнулся Борис Моисеевич, - анекдот впереди будет. Когда я к этому шейпинг-центру подъехал, смотрю, наш судмедэксперт курит так нервно возле дома. Я направился внутрь, а он мне дорогу перегородил и спрашивает, мол, хорошо ли я сегодня кушал. Я говорю нормально, яйца под майонезом и две сосиски, потом чай пил. А что? А он мне говорит - иди, как следует проблюйся сначала, прежде чем заходить внутрь, а то с утра два мента дверь сломали, а как зашли, так и начали блевать безостановочно. Все помещение загадили!
- Ха-ха-ха, - снова рассмеялся Николай Павлович, - что ж там было?
- Я судмедэксперту полиэтиленовый пакет предъявил, - продолжил Борис Моисеевич, - в который меня стошнит, если что вызовет у меня рвотный рефлекс и внутрь зашел. И правда, Палыч, было от чего сблевать!
Борис Моисеевич сделал паузу и поморщился, даже побледнел.
- Эй, - сказал ему Николай Павлович, - вот только здесь этого не надо делать.
- Да, не стошнит меня, - уверил его Борис Моисеевич, - я и там-то сдержался.
- Ну, чего там было-то? - спросил Николай Павлович.
- У самого входа головой к двери, - начал описание следователь, - лежал самый здоровый амбал из Князевых дружков, Пельмень, кажется. Брюхо распорото, а из глотки торчит самурайский меч. А на этом самом мече висит пейджер и пищит, словно в насмешку.
- Что прямо в рот ему саблю воткнули? - удивился Николай Павлович.
- Да не саблю, а натуральный самурайский меч, - ответил Борис Моисеевич, - пригвоздили к полу словно насекомого в домашнем задании по биологии.
- Да, жестоко, - сказал Николай Павлович.
- Не то слово, - согласился следователь, - а справа ближе к двери смотрю в сауну лежит еще один из их компании к той самой двери привязанный скотчем. Витамин, помнишь такой у них был?
- Помню, - ответил Николай Павлович, - без шеи.
- Точно, - согласился Борис Моисеевич, - так вот, когда его попытались от двери отцепить, то оказалось, что он к дверной ручке клеем приклеен, так, что не отодрать. Пришлось ручку отпиливать, чтобы его увести оттуда.
- Ишь ты, - изумился Николай Павлович, - какая изобретательность! А убили его чем?
- Застрелен в грудь, - ответил следователь, - а нога поранена тем самым мечом, которым Пельменя проткнули.
- Странная картинка получается, - задумался Николай Павлович, - как будто их всех по очереди кромсали.
- Видимо так оно и было, - согласился Борис Моисеевич, - бугаи-то были здоровые. Попробуй с ними справься?
- Подозрения какие-то есть? - спросил Николай Павлович. - Может быть соседи кого видали?
- Да, погоди ты с подозрениями, - сказал следователь, - я тебе еще не все рассказал.
- А-а, ну-ну, - согласился начальник милиции.
- В коридоре у бассейна лежал труп самого толстого у них - Слона, сказал Борис Моисеевич, - он был весь в ожогах, красный, как рак. Когда его уносили, мясо кусками отваливалось.
- Фу, бля, - сморщился Николай Павлович, - без излишних подробностей.
- Скорее всего, его сначала в сауне заперли и там подкоптили хорошенько, - предположил Борис Моисеевич, - а потом в кипяточке пополоскали. |