— Ясно, — сказал Максим, поднимаясь. — Мне сообщат о результатах «вскрытия» системника?

— Сразу, как только будет хоть что-то ясно, — ответил Антон. — А если твой друг внезапно объявится или выйдет на связь — звони.

Список для Носова отнял времени больше, чем предполагал Дронов. Мучительно вспоминая совместную юность, Максим все больше приходил к выводу, что цифры окружают нас меньше всего. Слова — да, конечно. А вот цифр, оказывается, не так уж много.

Исписав мелким почерком лист, Максим, отложил ручку и задумался. Слова Тополева его, почему-то совсем не убедили. Чего-то Антон не договаривал. Может, не хотел посвящать химика в подробности проблем с «оживлением» (в лаборатории и своих дел хватает, нечего голову пустым забивать), а может, у Максима просто отсутствовал допуск. В этих вопросах Антон был крайне щепетилен.

Максим набрал номер компьютерного отдела.

К телефону подошел сам Носов.

— Составил я список, — сказал Максим. — Немного, но кое-что есть. Знаете, я думаю, основной упор надо на имя его девушки сделать. Он ее боготворил.

— Разве такое в наше время бывает? — удивился Носов. — Ромео?

— Почти, — невольно кивнул Дронов. — И история у них такая же — трагическая.

— Ладно, — сказал Носов. — Попробуем. Но ты листочек-то заноси.

— Ага.

«Почему любая большая любовь — всегда трагедия, — подумал Максим. — И почему она никогда не бывает счастливой?»

Тарас Петровский

Гарин выглядел здорово расстроенным.

— Значит, с Немченко случилось несчастье. Опять все насмарку! Может, его в больнице взять? Где он лежит?

— Я уже подумал об этом, — кивнул Тарас. — Ночью и утром Стременникова пас Федор Ломакин. Как только у нас будет информация, где находится Немченко, мы немедленно нанесем ему визит. Либо попробуем совершить некий обмен, либо возьмем племянника силой.

— Я не желаю с ними договариваться! — вспылил Гарин. — Ты же сам вчера сказал — больше никаких договоров!

— Ситуация, как видишь, изменилась со вчерашнего дня.

— Ты видел, что они сделали с девчонкой? — спросил Виктор. — Их надо истреблять, как блох! Это нелюди.

— Я видел и знаю, Вик. И меня самого выворачивает наизнанку, когда я думаю, что придется идти на компромиссы с Немченко. Но мне нужен его племянник! Мы сейчас связаны этим по рукам и ногам. Пойми, Вик, если Тензор развернется в полную силу, то едва не замученная девчонка покажется нам и всему городу легким испугом. Ты же слышал, на что способен Ваня Житцов? Нет? Почитай рапорт Кравченко. И это только один убогий бомж. Один! А если он поднимет еще десяток? Да они весь город разнесут в клочья! Нам надо решать. Либо наказание для Немченко, либо поимка Тензора. Вадим от нас все равно никуда не денется. Но сейчас его все-таки лучше держать на нашей стороне.

— Это не аргумент, — хмуро ответил Гарин.

— Нет, аргумент! — сказал Тарас.

— Ладно, — помолчав, согласился Виктор. — Получим мы племянника, что дальше?

— Глубокое сканирование. Где был, что делал, почему так долго пропадал. В его исчезновении замешан Тензор — я это нутром чую. Пойми, нам этот парень нужен, как воздух. Если Тензор снова объявился, да еще и мертвых принялся оживлять, мы обязаны с тобой предположить, что он готовит удар.