Риваль попробовал обойти машину, но мир во круг него крутанулся и он снова чуть не упал. Попытавшийся было его остановить мужчина понимающе кивнул и вместе с остальными бросился к другой стороне покорёженного флаера. Когда Риваль смог наконец подняться на ноги и обойти искорёженный корпус флаера, окружавшие машину люди под руководством темноволосого уже старались открыть боковую дверь пассажирского отделения, но её слишком сильно смяло при падении и она не поддавалась. Тогда желающие помочь люди быстро обошли машину, со стороны, которая была повернута к спуску на станцию городского монорельса.

Сеть высокоскоростных поездов на магнитной подушке опоясывала Франкс и его пригороды, а так же пронзая сам город на подобие кровеносных сосудов. Он позволял людям в кратчайшие сроки добраться до нужной части огромного столичного мегаполиса.

Когда Риваль добрался до цели, в дали уже слышались пронзительные и тревожные звуки сирен. Аварийные службы Франкса уже должны были отреагировать на случившееся. Контроль за столичным воздушным пространством вёлся неукоснительно и с поразительной внимательностью. Там точно уже должны были прекрасно знать о том, что здесь случилось.

— Взялись! — выкрикнул помогший до этого Ривалю тёмноволосый мужчина и по его команде пятеро человек потянули заклинившую дверь на себя.

Она поддалась через несколько секунд и поднялась наверх. Риваль тут же протиснулся вперёд, внутрь салона. Остерленд наполовину сидел, наполовину свисал, надёжно пристёгнутый к креслу ремнями безопасности. Его левая рука изогнулась под неестественным углом, а на локте форменного адмиральского кителя уже расползалось багровое пятно. Блауман с облегчением вздохнул, когда увидел, как размеренно поднималась и опускалась его грудь в такт дыханию.

— Слава богу, — обрадовано прошептал он и обернулся. — Помогите! Нужно достать его наружу.

Бросив фразу, Риваль змеёй пролез в глубь салона и осторожно осмотрел потерявшего сознание адмирала. Кровавое пятно на рукаве беспокоило его, но было похоже, что за исключением этого и крупного синяка на лбу, Остерленд почти не пострадал. Скорее всего именно из за удара о корпус флаера он и потерял сознание.

Так и не заметив других повреждений, Блауман принял решение. Ему не хотелось сейчас беспокоить адмирала, так как он не знал, какие ещё скрытые травмы тот мог перенести. Но Риваль так же и не знал в каком состоянии сейчас была повреждённая машина. Возможно оставаться в ней было просто банально опасно. Осторожно расстегнув притяжные ремни и поддерживая тело адмирала, он передал его в руки уже забравшихся внутрь людей. От этих действий Остерленд застонал, приходя в себя. Немного времени и адмирала осторожно и заботливо вытащили наружу.

— Сэр? Вы меня слышите?

Блауман выбрался из машины и опустился рядом с Дэвидом. Его осторожно опустили на асфальтированное покрытие эстакады рядом с каменной лестницей, которая вела вниз, на станцию монорельса. Звуки аварийных сирен были уже совсем близко.

— Риваль...

Остерленд поморщился, пошевелился и тут же скривился от острой боли, которая пронзила его левую руку.

— Что... что произошло?

— Похоже, что в нас врезался другой флаер, сэр. Аварийные службы уже почти рядом. Подождите немного...

Остерленд казалось не слушал его. Его взгляд был расфокусированным Неповрежденной, правой рукой, Дэвид с трудом залез во внутренний карман своего кителя и вытащил из него свой личный коммуникатор. Быстро найдя нужную функцию, которая выполняла роль своеобразной тревожной кнопки, он тут же нажал на неё. Сделав это, он облегчённо вздохнул.

— Я вызвал тревожную группу РУФ, — произнёс он и сморщился от боли, неудачно пошевелив повреждённой левой рукой.

— Эй, как вы? — спросил темноволосый мужчина, который до этого помог Ривалю и Остерленду выбраться из покорёженного флаера.