А отпустить? Дойдут? Но даже так — ведь человек пойдет, а он себе и друг, и враг. И Хаос в нем живет с рожденья и губит всходы к истине влеченья. Дойдут, получат? И сравняют силы, границ сотрут рубежное кольцо, последнюю опору, что грань миров хранит от разоренья, сумятици в умах и рас смешенья.

Нет, жутко, дико лишь представить, на что мир будет обречен.

Выход лишь один — в согласии отправить молодых и сделать все, чтоб не дошли.

Да, больно потерять его, ее же злость погубит изначально. Но жертвы две или весь мир? И выбор тут, увы, один. Пришло извне, вовне уйдет.

`Но делать нечего, пожертвуем одним, и род спасем, и мир на приграничье сохраним', - посмотрел Аморисорн на тинака. Тот фыркнул, недовольно щурясь на хозяина.

`Эстарна будет против. Ты сам пыльцу ей дал… Узнает Ювистель — несдобровать обоим'.

`Эстарну провести мне будет тяжело. Ей уже обещана награда. Ждет'.

`Не стоило и думать, соединять двоих в ком кровь одна. Закон не обойти, как ни старайся'.

`Кто знает кроме нас'?

`Она. И не смолчит, как не молчала. Но лишь бы громче не кричала'.

`То грех не только мой, но и ее'.

`Ах, ей теперь уж все равно. Забыл, что мать в любви слепа? Легко собой пожертвует она'.

`Что предлагаешь'?

`Отпусти. Эстарну ж…погуби, рукою человека. Навеки тем их с Авилорном разведи. Согласия не будет между ними. Эстарна же уйдет и унесет с собой все знания, догадки, обещанья. Эйола пусть тогда кричит. Тем хуже сделает себе и роду. Да нет…Тут выбор не богат — ведь фактов нет, приходится молчать, а сын что скажет? Нет, смолчит она, позору не отдаст других детей, презренье сына не снесет…Иль на изгнанье род свой обречет'?

`Ты черен от хвоста и до макушки', - качнул головой Аморисорн.

`Все дело лишь в цене и плате за итог, а он достоин жертвы. Речь об эльфийской расе, вообще, а ты горюешь о себе'.

`И в чем меж мной и Хаосом отличье'? — вздохнул маг.

`Не нужно было путать судьб концы и посторонних вмешивать в событья'.

`Я глаз отвел Эйоле'…

`Не смеши. Ты кровью жертвовал, ей взор туманя? Причину ты искал отправить в путь Эстарну с Авилорном. И вот нашел… погибель им обоим'.

`Иначе не пустил их Ювистель, Эйола встала бы горою и по закону эдгерна лишать семью нельзя… Другое дело, когда женат и за жену идет, долг человека исполняя, и Фею, как проводника берет. Эйола б промолчала — долг, уже не сына — мужа, здесь не возмутишься. Опять же защищен он Феей, что кричать? А человек не знает и крупицы того, что ей в пути могло бы пригодиться, но рвется в Хаос за сестрой… А, впрочем, все не так уж плохо, возможно мы возьмем реванш и защитим его, ее не тронем, и путь идут как долг велит. Она погибнет — он взлетит, возможно, победит, пройдет весь путь'…

`А цель тогда'?

`Отец. И хоть мой крестник не юнец, зов крови побороть не сможет. Пройдет хоть круг свернуть уже не сможет, он не привык сворачивать назад'.

`Не вижу смысла, ведь тогда Эстарну оставлять нельзя, а надо. Кто ее сильнее? А их потомство? Ты представь дитя, в котором кровь двух самых сильных веток соединена?

`Ты план мой счел. Его мы и оставим, но Фее все расскажем и пред выбором поставим… Не знаю даже, как и что, но время есть, придумаю еще'.

`Не натвори опять с ума большого, ты пару тупиков себе и ей'.

`Ты говоришь так, словно я злодей. А я пекусь о процветанье рода, величии эльфийских рас, всего народа, о мире, против Хаоса и войн'.

`Ах, если б знал о том твой крестник Авилорн'… - заклацал клювом тинак, издавая гортанный смех.

`Он послушен'.